Девушка тяжело дышала, запыхавшись, и грозно смотрела на него. Затем сильно щелкнула по лбу, выуживая из вампира болезненный вскрик:
– Ай! Принцесса, полегче! Вы хотите, чтобы у меня было сотрясение?! И вообще, слезьте с меня!
– Пока ты не прекратишь называть меня так, я с места не сдвинусь, – ответила она, отвешивая ему еще один щелбан, но сильнее.
В итоге Рин продолжала сидеть на нем, щелкая по лбу, а Джек не переставал охать и ахать, прося прекратить. Мия же, кажется, успокоилась, удостоверившись, что жрица не собирается его избивать, ограничившись щелбанами, потому снова села на свое место. Мира и Хиро тем временем раздумывали, стоит ли спасти вампира… или же он это заслужил.
Когда в комнату зашел Вольфганг и увидел эту сцену, он рассмеялся.
– Ха-ха-ха, Джек, ты все-таки дошутился.
– Ай! Вольфганг! Спаси меня! Ай! Госпожа Амира, сжальтесь! – продолжал кричать вампир.
– Ты уже давно мог скинуть меня и встать, – хмуро ответила та.
– Намекаете, что я мазохист?! Я просто не могу поступить так невежливо с девушкой!
– Тогда терпи дальше. – Она снова потянулась к его лбу, чтобы щелкнуть, но Джек, не выдержав такой жестокости, схватил Рин за руки и одним движением скинул на пол, нависнув сверху.
У Вольфганга отпала челюсть, а Хиро чуть не уронил чашку с чаем. Рин же удивленно уставилась на вампира, оказавшегося над ней. Тот, тяжело вздохнув, указал на свой лоб.
– Госпожа Амира, вот, смотрите! Он уже красный!
– Я не вижу. Ты бледный и, более того, загородил свет спиной. – Она прищурилась, вздыхая.
– Джек, слезь с нее! – Вулстрат поспешил подлететь к ним, хватая вампира за плечи. – Совсем уже стыд потерял?!
Кажется, тот не сразу понял, что Кровавые Когти имел в виду. А когда все же догадался, он смутился, быстро отпрыгивая от девушки.
– П-прошу прощения! – неестественно крикнул Джек с покрасневшим лицом. Кажется, он вспомнил, что такое уважение личного пространства, стоило ему переступить все границы.
Девушка поднялась на руках и уселась, вздыхая.
– Все вампиры такие упертые и наглые? Или просто ты особый случай?
Джек ничего не ответил. Он поднялся с пола и отвернулся, стараясь не смотреть на девушку и наблюдателей. Сейчас он сам на себя был не похож, и у Хиро возник закономерный вопрос о том, что происходит в голове у вампира.
Рин тоже встала, а затем обратила внимание на Вольфганга.
– Этот костюм?..
Она быстро заметила перемену в облике вулстрата. На нем была плотная рубашка изумрудного цвета, с невысоким воротом, подвязанным салатовой лентой, и тяжелый на вид пиджак в тон с серебристыми орнаментами и манжетами. Лента была закреплена серебряной брошью с изумрудом – фамильным камнем семьи фон Гирш. Волосы Вольфганг собрал в высокий хвост, как обычно, передние пряди слегка небрежно обрамляли его лицо, которое теперь имело другое выражение. Он выглядел не дурачком и не безумцем, а самым настоящим аристократом с уверенным взглядом и легкой игривой ухмылкой.
Услышав ее слова, Вольфганг, по обыкновению, широко улыбнулся.
– Как вам? Братец приказал принести самый лучший из костюмов. Оказывается, у него были приготовлены для меня и такие наряды, а я даже не знал. Обычно я не ношу ничего такого официального, ибо в семье считаюсь дурачком.
Он приподнял руки, развел их в стороны и покрутился.
В голове эльфа появилась мысль о том, что, кажется, у Рудольфа была зацикленность на младшем брате, которая теперь проявилась наглядно. Раз уж Вольфганг не знал о существовании этой одежды, вероятно, его брат скрывал от него свои желания, например, насчет того, чтобы они все делали вместе?
«
– Выглядит замечательно! Тебе очень идут эти цвета, Вольфганг! – радостно сказала Мира, хлопнув в ладоши. Мия закивала.
– Правда? Спасибо за комплимент. – Он счастливо улыбнулся. – Малышка обливи, кажется, тебе нравится зеленый и изумрудный цвета. Хочешь, я подарю тебе что-то такое?
Он указал на свою брошь, и девочка, смутившись, начала махать руками и качать головой.
– Что ты, что ты, это ведь ваш фамильный камень! Как такая обливи, как я, может носить что-то… столь дорогое…
– Не стоит так смущаться. Это дружеский подарок, на память. Все же это ты вытащила меня сегодня на праздник, так что часть заслуги в том, что наша жизнь начала меняться в лучшую сторону, лежит на тебе, – посмеялся он, положив руку ей на голову и мягко потрепав. – Если мы встретимся вновь спустя долгое время, я буду рад, если увижу, как ты носишь мой подарок.
Он обаятельно улыбнулся, и Миранна, кажется, смутилась еще больше, потому что резко отвернулась, прижимая руки к груди.
– Эм… ну… я…
– Вольфганг, ты ее уже окончательно смутил, – посмеялась Мия, обнимая девочку сзади. Вулстрат неловко почесал затылок.
– Ну… я не планировал, по крайней мере. Давайте тогда так сделаем. Я сделаю тебе красивый маникюр и прическу, и все!
