– Вниз не смотри, и тогда все будет хорошо, – посоветовал Матвей. – Стой тут, держись за раму. Если нужно будет, я тебя кликну. – Он посмотрел на нее и поспешно добавил: – Но, скорее всего, управлюсь без твоей помощи.
– М-матюша... – проговорила Женька, заикаясь от страха. – Не ходи. Ребенка м-мы спасли.
– Ну уж нет, – ответил парень. – Я эту стерву посажу в психушку!
Он ступил на ржавое железо, осторожно поднялся на самый верх крыши и, балансируя, побежал по коньку. Крыша была двускатной, хотя не очень крутой, но если Матвей поскользнется...
Женя отвернулась и прислонилась лбом к холодному стеклу. «Пятиэтажный дом! Ведь это такая высота! Зачем он побежал? Медаль хочет получить? А как же я?»
Девушка почувствовала внезапную слабость в руках. Нет, она не сможет простоять тут и двух минут, это выше ее сил! Женя решила вернуться на чердак, но, вспомнив громилу и особенно пауков, прикусила губу.
Стоять без дела и чего-то ждать было не в ее характере. Она посмотрела вниз и определила, что по периметру крыши шло невысокое ограждение из железных прутьев. Хоть какая-то страховка! И девушка решилась. Поставив ногу на железное покрытие, сделала один шаг – вроде идти можно. Главное не зевать. Железные листы в месте стыка имели довольно высокие бортики, за которые можно было запросто зацепиться. Кое-где железо вообще было вздуто пузырем, эти пузыри с леденящим душу грохотом прогибались под ногами, и тогда Жене казалось, что она сейчас провалится прямо на голову громиле.
Женя добралась до конька крыши, встала там и огляделась. Огни города притягивали – так и хотелось лететь им навстречу. Но что это она? Матвей же сказал – вниз не смотреть! Женя повернулась в ту сторону, куда он убежал, и потихоньку пошла. Здесь была вполне ровная, пригодная для ходьбы тропка, а с раскинутыми руками идти по ней было еще легче. Вскоре девушка заметила впереди две фигуры. Они были не на коньке, а на скате крыши. Одна фигура – в юбке – стояла, а другая сидела в трех шагах от первой. Жене показалось, что Матвей подманивал к себе женщину, как делают это с голодной собакой, протягивая ей кусок хлеба.
Грушевский увидел напарницу на коньке крыши и застыл. Он явно не ожидал подкрепления. «Так-то оно так, но главное не оказаться для него обузой» – вот о чем подумала Женька. А в следующий миг женщина на крыше резко вскинула ногу, будто хотела лягнуть Матвея в челюсть, но Грушевский увернулся от удара и ловко поймал ее за ногу. Женщина грохнулась на железо и вместе с Матвеем медленно заскользила к краю крыши.
– Жень-ка! – ударил в уши девушки отчаянный крик.
Женька прибавила скорости. Добежав до места схватки, она присела и, держась за оторванный край железного листа, вытянулась вниз всем телом и каким-то чудом успела ухватить Матвея за пальцы, которые жадно сжали ее руку. Потом совместными усилиями они подтащили воровку к коньку. Ее юбка задралась, выставив миру грубые панталоны, цвет которых в полумраке нельзя было определить. И тут Матвей проделал такое, отчего Женьку чуть не стошнило. Он взял и содрал с женщины эти трусы, а под трусами... под трусами оказалось совсем не то, что девушка ожидала увидеть.
– Это... мужик?! – выдохнула Женя.
Воровка (как выяснилось, вор) изогнулась всем телом и снова попыталась лягнуть Матвея, но тот пинком отбил ногу, а затем, подобравшись, со всего маха ударил подлеца в челюсть. Вор потерял сознание.
Пока он лежал без движения, Матвей снял свой ремень и стянул мужику руки за спиной, оставив длинный хвост, как поводок.
– Женька, ну ты даешь! – сказал он, справившись с этой работой. – Если бы не ты...
Мужик зашевелился, Матвей дернул за поводок и заставил его подняться.
– Давай двигай вперед, придурок!
Он подтянул психу трусы, чтобы тому удобней было идти, и все трое не спеша пошли. У Жени сильно дрожали коленки, но она нашла в себе силы пройти несколько десятков метров и не свалиться вниз.
К чердачному окну молодая дружинница подбиралась уже ползком на пятой точке. В окне их ждал милиционер, у него было четыре звездочки на погонах. «Капитан», – догадалась Женя. Когда передавали задержанного ему в руки, он покачал головой:
– Вы не в цирке работаете, ребята?
– Студенты мы, – ответил Матвей, – но не циркового училища. Я экономист, а она – биологиня.
Капитан присвистнул.
– Давайте к нам в милицию, а? – предложил он.
Матвей и Женя нервно рассмеялись.
В университете Грушевский и Березуцкая стали героями. И когда их вызвали в приемную к ректору, они даже не удивились.
В кабинете стояла молодая женщина года на три старше Жени, которую, как показалось девушке, она уже где-то видела. Женщина бросилась навстречу вошедшим, хлюпая носом, словно собиралась заплакать, пожала им руки и тихонько, с чувством сказала:
– Ребята, не знаю даже, как вас отблагодарить. Приходите, что ли, ко мне, на Суслика посмотрите. Вы же его и не увидели толком.
Женя и Матвей недоуменно переглянулись.
– Ой, простите, вы же не знаете меня, – спохватилась женщина. – Я Татьяна, мама Костика, ребенка, которого украл тот псих. Вы сможете прийти к нам сегодня?
