— Желал я посмотреть на светоскоп, но полагаю, что после суда у тебя неподходящее настроение, Феофила Богдановна. Успокойся, вступай во владение своей собственностью, и на следующей неделе жду тебя и князя Ольшанского у себя. Гонец известит вас о дне и часе.
Дома я первым делом отправился в баню. Понимаю, что ощущение нечистоты чисто психологическое, но всё равно хотелось смыть грязь с себя. Впрочем, в данном случае лучше помогает недельный запой… Но нет у меня недели, и даже трёх свободных дней нету. Работать надо. Надо строить заводы, растить новые для этого века растения, а главное учить людей. Выращивать новых людей, пусть их мало рядом со мной, впрочем сам царь озаботился этим вопросом, наверное дело пойдёт теперь быстрее.
Хорошее дело баня. Попарился, понырял в бассейн, опять попарился… и так несколько раз, пока Денис не влез:
— Барин, там Феофила Богдановна уже беспокоится, просит пожаловать в столовую.
— Скажи, что скоро буду.
Пять минут, и я распаренный, расслабленный, но со здоровенной ледышкой внутри, пришел в столовую.
— Присаживайся, Александр Евгеньевич.
— Благодарю, Феофила Богдановна, присаживайся и ты тоже, пусть уж нас обслужат, мы теперь а одном звании.
Феофила переоделась уже в другой наряд, по новому подкрасилась, и даже причёску сменила. Впрочем, это понятно, у женщин одежда и макияж служат одной из главных линий обороны. Пусть. Раз человеку так лучше, пусть так и будет.
Хвост доберману надо купировать сразу до нужного размера. Неприятные вопросы нужно сразу ставить на повестку дня — эту простую истину я усвоил в детстве, и не раз убеждался в её истинности.
— Скажи Феофила Богдановна, кого бы ты порекомендовала на своё место?
— Зачем? — вяло отозвалась Феофила.
Куда делась холодная и волевая королева? На этого испуганного птенчика без слёз и глядеть не получается.
— Жить у меня ты можешь столько, сколько нужно. Более того: комната твоя никем не будет занята, и в любой момент ты сможешь приехав в гости, поселиться в ней.
— А если я не хочу уезжать?
— Это твоё право. Но работать экономкой ты не можешь, поскольку это невместно. Твой статус несравненно выше такой работы.
— А что же делать, а, Александр Евгеньевич?
— Я предлагаю тебе заняться делом, которое будет полезно людям, и послужит успокоением твоей душе.
— Предлагаешь мне пойти в монастырь?
— Я сказал о деле полезном людям.
— В чём оно будет заключаться?
— Дел таких несколько. Во-первых ты откроешь школу поваров. Знаешь, только из твоих рук я стал кушать вкусно, так что первых учеников я тебе обеспечу. Князья Гундоров и Мерзликин тоже хотят вкусно кушать, а дальше подтянутся их и мои гости. Так что учить будет кого. Второе: макаронная фабрика, которая работает по твоим рецептам, слишком мала и не справляется со просом. Нужны ещё как минимум пять в крупнейших городах державы, и ты, на мой взгляд, отлично подойдёшь на должность столоначальника по пищевой промышленности. Третье: производство диафильмов надо ставить на поток, как и производство светоскопов. Тут тоже нужна твоя рука, по крайней мере на первых порах.
— Ты с ума сошел, Александр Евгеньевич! Я женщина, и никто не поставит меня на должность столоначальника.
— Я поставлю. Великий государь намекнул, что хочет передвинуть князя Гундорова на новый ответственный пост, а я получаюсь естественной заменой на старом посту. Так что я вправе тебя назначить на любой пост в приказе.
Ха! Как всё-таки хорош метод «клин клином»! У Феофилы высохли глаза, трагические мысли куда-то подевались, голова заработала в заданном направлении.
— Но пока ты не начальник приказа, я должна себя проявить?
— Совершенно верно. Вот скажи, как ты возьмёшься за массовое производство диафильмов?
Феофила задумалась. Забавная у неё привычка: когда думает, то крутит локон за ухом. Наконец вынырнула из астрала:
— Я устрою фабрику на Собакинском подворье, оно очень просторное, и можно будет разместить много художников. Только ты должен будешь дать мне мастеров, которые будут покрывать стеклом сделанные рисунки.
— В том нет нужды. Иван Васильевич Дурново сообщил мне что созданы краски, которые при обжиге закрепляются намертво, так что я к тебе направлю мастеров, которые построят обжиговые печи.
— А как же быть со светоскопами?
— Я предлагаю тебе взять и их выделку под своё крыло. Другой вопрос, что не надо торопиться с их производством, поскольку вскоре ты их радикально усовершенствуешь.
— Каким образом?
— В Лыткарино строится завод оптического стекла, и всё произведённое стекло пойдёт на подзорные трубы, которые будут с руками рвать военные и моряки. А вот брак и нестандарт сможешь забирать ты, для своих светоскопов.
— Для чего?
— Для того, чтобы вставить линзу в передней части светоскопа, и тогда изображение на экране будет чёткое и более крупное. А ещё лучше, если линз будет две. Но это так, безделушки. Где ты собираешься строить макаронные фабрики?
— Ты же сказал, в пяти городах…
— А подумать, о чём я задал вопрос?
