Маг стал ритмично водить концом посоха из стороны в сторону, и кобра закачалась в такт его движениям. Постепенно змея успокоилась, капюшон ее сдулся, и она снова скрылась в груде тростника. Таита и Фенн двинулись по галерее дальше и наконец остановились перед дверным проемом, украшенным орнаментом.
– Противостоящие входы, – проговорил Таита. – Внутренняя дверь расположена диаметрально противоположно внешней. Это ограничивает приток и отток чуждых влияний в отношении тайного святилища.
Вход был сделан в форме цветка с лепестками, косяки выложены плитками из отполированной слоновой кости, малахита и тигрового глаза. Закрытые двери оказались обшиты лакированной крокодильей кожей. Уперев в одну из створок посох, Таита надавил всем своим весом. Та, взвизгнув петлями, распахнулась настежь.
Внутреннее пространство храма освещалось только солнечным лучом, падающим через единственное отверстие в своде. Падая, он выхватывал из темноты обилие красок. Пол украшала искусно составленная пентаграмма, рисунок которой образовывали плитки, искусно вырезанные из мрамора и полудрагоценных камней. Таита узнал розовый кварц и горный хрусталь, берилл и турмалин. Мастерство строителей вызывало восторг. Сердцем рисунка являлся круг из столь тщательно подогнанных и отполированных плит, что швов между ними совсем не было видно. Изображение казалось монолитным щитом из блестящей слоновой кости.
– Давай войдем, маг. – Детский голосок Фенн заметался среди круглых стен.
– Подожди! – возразил Таита. – Тут внутри кто-то обитает – это дух этого места. Думаю, он опасен. Именно его боится Калулу. – Маг указал на освещенный солнцем пол храма. – Сейчас почти уже полдень. Луч вот-вот упадет на центр пентаграммы. Это будет судьбоносный момент.
Они смотрели, как луч крадется по полу. Он коснулся края круга из слоновой кости, и свет, отраженный окружающими стенами, усилился десятикратно. Теперь луч словно двинулся быстрее, пока не заполнил вдруг весь диск. В ту же секунду Таита и Фенн услышали гудение и рокот систров. Воздух наполнился хлопаньем крыльев летучих мышей и стервятников. Заливший святилище белый свет оказался таким ярким, что пришлось прикрыть глаза руками. Сквозь сияние путники разглядели появившийся в центре диска духовный символ Эос – кошачью лапу, высунутую из огня.
В ноздри ударил запах колдуньи, похожий на смрад, исходящий от дикого зверя. Они попятились от двери, но тут солнечный луч покинул диск из слоновой кости, и огненные письмена исчезли. Смрад колдуньи развеялся, остался только запах гнилого тростника и испражнений летучих мышей. Свет померк, и святилище снова погрузилось во тьму. В молчании старик и девочка вернулись назад по галерее и вышли наружу.
– Она была там, – прошептала Фенн. Она глубоко вдохнула свежий озерный воздух, как бы стараясь очистить легкие.
– Ее влияние сохраняется здесь до сих пор. – Таита указал посохом на вздыбленные Красные Камни. – Она до сих пор надзирает за плодами своего дьявольского труда.
– А мы можем разрушить ее храм, – Фенн обернулась на здание, – и тем самым уничтожить ее?
– Нет, – решительно ответил Таита. – Во внутреннем святилище ее твердыни влияние ведьмы очень велико. Бросить ей вызов здесь будет смертельно опасно. Нам нужно выбрать другие время и место для нападения на колдунью.
Взяв Фенн за руку, он повел ее прочь.
– Завтра мы вернемся, – пообещал маг, – чтобы проверить на прочность стену и выяснить у Калулу подробности, как Красные Камни перегородили ущелье.
Мерен указал на трещину, разделяющую по центру Красные Камни.
– Нет сомнений, что это самое слабое место на всем протяжении стены, – сказал он. – Должно быть, здесь находится стык.
– Определенно, здесь лучшее место, чтобы произвести пробу, – согласился Таита. – Топлива у нас в избытке.
Множество больших деревьев, росших по склонам ущелья, засохло, когда течение реки прекратилось.
– Прикажи людям начинать, – велел маг.
Воины разбрелись по лесу. Вскоре звук топоров огласил ущелье, эхом отражаясь от утесов. Повалив деревья, работники при помощи лошадей подтащили бревна к основанию красной стены, потом распилили на чурки и стали укладывать так, чтобы снизу осталось отверстие для тяги. Потребовалось несколько дней, чтобы сложить этот гигантский костер. Таита тем временем руководил строительством четырех отдельно стоящих шадуфов, которым предстояло подавать воду из озера через стену к тому месту, где она станет изливаться на раскаленный докрасна камень.
Когда все было готово, Мерен запалил костер. Пламя разгорелось и побежало наверх. В считаные минуты огромную кучу дров поглотил ревущий огонь. Полыхало так, что никто не смог бы подойти к огню ближе чем на сто шагов без риска получить ожоги.
Ожидая, пока жар спадет, Таита и Фенн сидели вместе с Калулу на утесе над ущельем и смотрели на стоящий на противоположной стороне храм Эос. От солнца их защищали развалины небольшого павильона, выстроенного на этом месте. Телохранительницы починили его кровлю.
