На лезвии любви полностью

Происходит что-то странное – это единственная мало-мальски разумная мысль, которая пришла мне в голову. Кольцо в рот… Кольцо в рот… И формула, точно. Еще должна быть какая-то формула. Стоит ли сделать это именно сейчас?

– Лорд Уилкинс, объясните, в конце концов, что произошло?! – возмущенно выдала одна из женщин.

– Думаю, с каждым я побеседую в отдельности, – не обращая внимания на ее возмущение, произнес отец Ричарда. – Прошу подписать бумаги, которые вам выдаст мой помощник.

Тот же парень, который вручил Уилкинсу список, словно из воздуха достал стопку желтоватых пергаментов. Я удостоилась чести первой прочитать суть, изложенную в бумагах.

Артефакт истины?! Что?! Так вообще бывает?!

– А начнем мы, пожалуй, с вас, леди Браунс-Роунвесская. – Уилкинс-старший перевел на меня колючий взгляд.

В тот же миг вокруг нас вырос плотный светлый кокон, отрезающий всякий путь к отступлению. В руках у мужчины я приметила артефакт, похожий на самое простое куриное яйцо.

– Должен сказать, Эрналия, этот допрос ничуть не доставляет мне удовольствия, – спокойно произнес лорд Уилкинс. В его глазах мелькнуло что-то настолько хищное, что я в этом усомнилась. – Также сообщаю о том, что, находясь в коконе истины, вы не можете солгать.

– Это вообще законно? – слетело с губ.

Лучше бы я промолчала. Эта простая мысль пришла в тот же миг, как я произнесла свою фразу.

– Абсолютно, – сухо произнес мой вероятный свекр. – Думаю, вам известно, что служба королевской безопасности может прибегать к не самым стандартным мерам контроля.

– Раньше мне не доводилось сталкиваться с артефактом истины, отсюда и удивление.

Я нашла силы взять себя в руки и даже выдавила светскую улыбку.

– Стоит отметить, что это заслуга вашего многоуважаемого ректора. Он талантливый артефактор, и корона часто прибегает к его помощи.

По внимательному прищуру Уилкинса-старшего я поняла, что он следит за моей реакцией. Мне и тут удалось сохранить лицо, вот только внутреннее беспокойство лишь нарастало. Черт, да что мне скрывать? Я все время провела в зале, отлучилась лишь в дамскую комнату! Я чиста и перед короной, и перед законом. Ведь так?..

Какой-то особенной реакции дознаватель не получил, а потому довольно быстро перешел к вопросам.

Где была? Что делала? Сколько времени отсутствовала в зале? Заметила ли что-то странное в поведении присутствующих на допросе…

Мои ответы отличались краткостью и лаконичностью. Была в зале, отлучилась ненадолго, ничего не заметила. Мне даже показалось, что Уилкинс расслабился. Как оказалось, зря…

– Я не могу не воспользоваться случаем и не задать тебе еще один вопрос, – вдруг произнес он. Черты лица заострились, взгляд стал совсем неприятным. – Что задумала твоя дражайшая родственница, графиня Роунвесская, в отношении нашей семьи?

Я настолько удивилась, что даже не попыталась скрыть удивление. Кокон пугающе замерцал.

– Как ты понимаешь, я пойму, если вздумаешь соврать, – мягче произнес он.

Впервые за весь допрос я ощутила себя испуганным кроликом перед куролиском. Взгляд Уилкинса-старшего прошивал насквозь. Что он вообще хочет услышать?

– Не понимаю, почему вы не воспользовались случаем и не пригласили на этот допрос саму графиню Роунвесскую, – сухо ответила я.

Даже если бы я наверняка знала ответ, даже если бы мне вдруг сильно не нравились планы бабушки, даже… Этих «даже» можно было придумать с десяток, но все они упирались в один простейший факт: семья оставалась семьей, какой бы она ни была.

Пусть моя бабушка – тиранка, желающая играть остальными членами рода, как тряпичными марионетками, но она все еще моя бабушка. Пусть мой отец – подозреваемый в серьезном экономическом преступлении, но он все еще мой отец. Осуждать их, и тем более обсуждать с людьми, которые могут причинить им неудобства, я не намерена. Со своими внутренними проблемами мы разберемся без посторонней помощи.

– Не думаю, что она так просто шагнула бы в этот кокон.

Отец Ричарда ухмыльнулся, лишь подтверждая мои подозрения о том, что первый советник короля подлейшим образом воспользовался ситуацией.

– Эрналия, а вы внимательно прочитали соглашение, которое подписали? – вальяжно уточнил он, хитро изогнув бровь.

– Вы про мелкий шрифт?

В голове начало проясняться. Нет, тот туман, что был со мной десятью минутами ранее, никуда не ушел, но стратегию разговора с этим мужчиной я видела так же отчетливо, как свои ладони.

– И про тот факт, что я не смогу никому рассказать, о чем вы меня тут расспрашивали? – продолжила с миленькой улыбкой. – А следовательно, не имею никакого права обсуждать предмет нашего разговора с бабушкой? Ну что вы, лорд Уилкинс, ваш сын никогда не выбрал бы в невесты непроходимую дуру.

Тут я, конечно, немного покривила душой. За сегодняшний вечер я допустила достаточно глупых ошибок.

– Похвально. – Первый советник короля кивнул. – Для моего сына, конечно же. Но я все же хотел бы услышать ответ на вопрос.

– А вы уверены, что я вам его дам?

– Да.

Кокон мигнул алым, зарябил. Ага-а-а. Артефакт-то работает в обе стороны! Улыбку я скрыть не смогла. Да и не попыталась.