– Как куда? В церковь, конечно же! – ответила Лея таким тоном, будто я сморозил глупость. Я посмотрел на Жана, тот пожал плечами. Мол, ты больше разбираешься в беременных, вот и разбирайся.
– Лея, я не католик, ты же знаешь, вообще некрещеный, – напомнил я.
– Ты не говорил, что некрещеный! – обрадовалась Лея. – Значит, точно сможешь стать крестным моего ребенка!
– Лея, я не принадлежу ни к какой конфессии. Как я могу стать крестным? – не понял я.
– Но в церковь-то ты зайти сможешь? – пожала плечами Лея. – Поехали. Мне еще в офис сегодня нужно вернуться.
Я посмотрел на Жана. Тот пожал плечами. Мол, он ничего не может поделать. Я вздохнул и взял рюкзак.
– Лея, прости, а можно помедленнее? Мне нехорошо, – попросил я.
Мы ехали в соседний городок, к которому вела бесконечная дорога. Серпантин. Лея, вместо того чтобы быть осторожной, как положено беременной женщине, закладывала такие виражи, что у меня сердце замирало. Впрочем, серпантины я никогда не любил. Старался закрыть глаза и справиться с подступающей тошнотой.
– Ты посмотри, какая красота! – Лея, кажется, специально прижималась поближе к обрыву, давая мне возможность насладиться видом.
– Ага, очень. Только немного помедленнее. Или ты останешься без крестного, – умолял я.
– Это удивительная церковь. Меня в ней крестили. Я хотела там венчаться с Жаном, но он отказался. Говорил, что не потащит туда всех родственников. Моя бабушка, кажется, двоюродная, жила в этом городке. Мы ее иногда навещали, и я обожала те улицы. Несколько раз терялась, и все бегали меня искать. Там много мест, где можно спрятаться. Сейчас уже есть даже ресторан со звездами Мишлен, а тогда только маленькие семейные кафе. Невероятные виды на горы. Мне хотелось встать на стену и броситься вниз, в эту красоту.
– Думаю, твои родственники были не в восторге, – заметил я.
– Да, когда меня в очередной раз сняли со стены – я стояла, раскинув руки, – к бабушке больше не возили. От греха подальше. Но когда я получила права и села за руль, часто туда приезжала, чтобы привести мысли в порядок или, наоборот, ни о чем не думать. Кому что больше подходит. Сейчас в городке много туристов, приезжают целыми автобусами, все туда-сюда ходят. Но церковь все равно остается другой. Не знаю, как объяснить. Наши соборы очень красивые, в некоторых хранятся подлинники картин великих художников. В той церкви нет картин, но… Ты сам увидишь, почувствуешь.
– Лея, я не верю в бога. Точнее, я, скорее, агностик. Верю в высшую силу, но, сама подумай, какой из меня крестный отец? Это смешно. Надеюсь, ты еще передумаешь и возьмешь в крестные друга и партнера Жана, Эммануэля.
– О, и чему он научит моего ребенка? Стоять за прилавком? Разбираться в мясе? – отмахнулась Лея.
– Неплохой навык, – ответил я. – Мне бы пригодился. Стабильный заработок, в конце концов.
– Саул! Я хочу, чтобы мой ребенок умел чувствовать! Настроение, желания – других людей, женщины, ребенка! Как это называется? Эмпатия, да? Хочу, чтобы он был добрым и честным. Ответственным. И только ты его сможешь этому научить, – объявила Лея.
Я был тронут и чуть не расплакался.
– Лея, в России крестные отцы или матери – условность. Иногда люди годами не видят своих крестников. Я не знаю, как нужно себя вести, что должен делать, а что нет, – признался я.
– Не волнуйся, я тебе напомню про обязанности, – рассмеялась Лея.
– Лея, помедленнее, пожалуйста! – взмолился в очередной раз я. – Ты должна передумать, правда. В тебе сейчас говорят гормоны, то есть эмоции. Эммануэль станет очень хорошим крестным отцом. Надежным. Тем, кто всегда придет на помощь. Господи, да я даже не знаю, где буду жить завтра! Может, вообще уеду из города. Ты хоть помнишь, что я студент и у меня вид на жительство?
– Ой, я уже все узнала! Ты можешь продолжать учиться в аспирантуре, тебе продлят вид на жительство. Станешь доктором наук, – отмахнулась Лея. – И у моего ребенка будет крестный с ученой степенью!
– Лея, Эммануэль – лучший выбор, поверь, – твердил я.
Наконец мы приехали и смогли притулиться, по-другому и не скажешь, на парковке супермаркета. Лея повела меня наверх, куда-то в гору.
– Опять? Куда еще выше-то? – ахнул я.
– Вот, иди сюда, посмотри, – Лея потянула меня к стене.
Вид и вправду был потрясающим. Если бы я решил покончить жизнь самоубийством, точно выбрал бы эту стену. Рухнуть в такую красоту.
– Пойдем, нам сюда. – Лея повела по какой-то другой дороге, не туристической. И вдруг резко остановилась, замерла.
– Не может быть, – ахнула в ужасе она.
