—- Каждого, кто еще попытается свернуть в сторону, разить копьем! — приказал Велло. — Оповестите всех.
Уже ясно вырисовывались строения на холмах и косогорах, но дороги и улицы были еще совсем безлюдны.
— Пусть спят и видят во сне свое небо, куда вскоре отправит их наша пехота! — сказал Велло. Но Ассо ничего не ответил, Приоткрыв рот, он смотрел поверх головы своего коня, а затем как бы сам себе молвил:
— Скоро, кажется, Асти?
В лесу они остановились и спешились. Из хвоста колонны снова принесли весть: несколько человек опять свернули в селение.
— Почему не послали им вдогонку копье или пику? — закричал Велло.
К нему привели предводителя провинившегося отряда.
— Рассказывай, как исчезли твои люди?! — спросил Велло.
— Свернули в деревню, и поминай как звали, — ответил предводитель.
— Ты видел?
— Видел.
— И не помешал им?
— Я окликнул, но они не обратили внимания.
— Копье или пику метнул?
— Как же я в своих людей... Их ведь никто не принуждал идти в поход... По своей доброй воле пошли.. — проворчал предводитель, очевидно, держа сторону виновных.
— Вот как!.. По доброй воле! — Велло схватил свой широкий обоюдоострый меч и плашмя ударил им предводителя по голове. Тот упал на четвереньки, затем — на бок, но тут же, ругаясь, вскочил на ноги и выхватил нож. Тогда Велло ударил его мечом слева по шее. Из раны брызнула кровь, голова склонилась на правое плечо, и он, не издав ни звука, рухнул на дорогу.
Недвижно, безмолвно смотрели на это зрелище стоявшие вокруг воины. Те, кто находился в отдалении, придвинулись поближе. Шепотом спрашивали, что случилось, и им шепотом же отвечали. Вайке тоже протиснулась вперед и смотрела на труп так, точно испытывала боль. На Велло она не решалась взглянуть. Ассо облизнул губы, словно увидел что-то отвратительное.
Велло и сам в первый момент оцепенел. Однако вскоре оправился и тоном, каким обычно давал указания на поле или на постройке, произнес:
— Киньте труп подальше! — И затем, обращаясь к Кюйвитсу, добавил: — Пройди по рядам воинов и скажи: так будет с каждым, кто ослушается, кто вздумает своевольничать... И посмотри, кого там можно поставить предводителем отряда.
— И надо же было, что первый оказался своим, — тихо сетовала Вайке.
— Если спускать — повторится все, что было под Бевериной! — громко ответил Велло. Затем он вложил окровавленный меч в ножны и велел скакать дальше.
Когда дорога снова стала шире и лес, стеной стоявший вдоль дороги, отступил, они увидели дома и копошившихся поблизости людей. Промчаться мимо незамеченными было невозможно. Велло отобрал из первого отряда десять человек, приказал им скакать в селение и поступить там, как должно — взять коней, оружие, а также все то, что легко можно унести в мошне. Но не поджигать и не брать пленных. Когда все будет сделано — догонять остальных.
Всадники поскакали вдоль улицы, заворачивая во дворы. Вскоре оттуда послышался женский визг, возгласы мужчин и сердитый лай собак.
Дружина двинулась дальше. Теперь уже в каждое селение, в каждую усадьбу сворачивал небольшой отряд.
Местность стала холмистой, все чаще попадались отдельные усадьбы и целые деревни. Воины алчно смотрели в их сторону. Но только немногим разрешалось отправляться грабить.
Солнце поднялось над лесом, половина людей была разослана по деревням, остальные жаловались на усталость.
— И ты устала? — спросил Велло, глядя через плечо на Вайке.
— Устала, но не стоит обращать на это внимания, — слабым голосом ответила девушка.
— Может, хочешь завернуть в какую-нибудь деревню пограбить? — пошутил старейшина.
— Нет, нет! Только не это! — испугалась Вайке.
Ассо ехал рядом со старейшиной. Рот его был, как всегда, чуть приоткрыт, лицо замкнутое. Велло украдкой поглядывал на него; ему вспомнилась Лемби. Она, без сомнения, осуждает этот поход и молится сейчас за тех, кого разят мечом, забрасывают копьями, кто стонет от ран и истекает кровью.Так думал Велло и, как бы оправдываясь, произнес про себя: "Как будто мне все это по душе! Как будто я жаждал крови женщин и детей!"
— Как ты думаешь, далеко еще до Асти? — немного погодя обратился он к Ассо, чтобы прервать тягостное молчание.
— Кажется, недалеко, — сухо ответил сельский старейшина.
— Отдохнем?
— Не являться же туда усталыми — кто знает, может быть, еще встретим сопротивление, — заметил Ассо.
— Хорошо, тогда свернем в ближайший лес, — ответил Велло.
Сам он не чувствовал ни усталости, ни голода, ни жажды, он как будто вовсе не ощущал своего тела и был словно пущенная в полет стрела, которая летит, пока есть размах, чтобы затем навсегда остановиться. Но лошадь под ним взмокла и тяжело дышала.
В лесу люди сошли с коней, пустили их на траву пастись, а сами легли. Послышался тихий ропот, жалобы на голод.
— Почему не разрешают раздобыгь в деревне еду?! Как будто ее не нашлось бы там!..
Кое-кто грыз захваченные с собой сухари, кое-кто собирал у дороги щавель.
Велло приказал Кюйвитсу обойти ряды и сказать воинам: до Асти уже недалеко, там отдохнут как следует, там найдется и чем подкрепиться.
