— А вдруг мы неправильно наблюдаем? — воскликнула она. — Что, если смотреть надо не когда Моро видимый, и даже не когда он ещё невидимый, а именно в момент перехода? Это ж как штангу тягать: самое тяжёлое — когда отрываешь её от пола. Усилие больше всего заметно. А ну-ка, Моро, давай ты несколько раз появишься и исчезнешь, а мы на тебя поглядим через аванпост.
— Вообще-то это сложно. Раз пятнадцать смогу, потом вряд ли получится. Нужна большая концентрация. А мне приходится ещё и воплощаться так, чтоб не привлечь непрошеное внимание.
— Моро, послушай… — Софике сложила пальцы домиком над носом, пытаясь чётко сформулировать хаотичные мысли, чтобы убедить духа поучаствовать в эксперименте. — Если Олиси права, и мы сможем отследить хотя бы воплощение, то мы не дадим демонам проявиться вовсе! Я перепишу программу так, чтоб телепорты Креса срабатывали на момент перехода. Ты представляешь, сколько жизней удастся спасти?
Моро задумчиво поскрёб переносицу, пробормотал «
— У меня стойкое ощущение, будто надо мной когда-то уже ставили опыты, — поделился он. — Правда, вряд ли во имя спасения людей… Ладно, пойдём. Попробуем.
Компания вернулась в мельдом, Ветер уселся в центральное кресло аванпоста, и подруги расположились по его бокам. Скептически настроенный Моро принялся исчезать и появляться вновь — с каждым разом паузы перед воплощением удлинялись, духу становилось всё труднее набираться сил, и после пятнадцатого цикла он сумел проявить только полупрозрачный облик. Олиси тревожилась, что такой «сырой» переход вообще никак делу не поможет, и аванпост не уловит изменение в обстановке.
И всё-таки на семнадцатый раз, когда фигура Моро больше походила на зыбкую дымку, голограмма над аванпостом вдруг отобразила блёклую вспышку. Софике прикрыла рот обеими ладонями, не веря своим глазам.
— Получилось! — закричала Олиси. — Получилось!
Забывшись, она на радостях полезла обнимать Ветра — тот жёстко остановил её вытянутой рукой.
— Это ещё не всё, — тихо проговорил он и вывел на голограмму проекцию с собственного аванпоста, намного более прогрессивного, чем учебный.
— О-о-о… — выдохнули подруги.
Мельдом заполняли радужные потоки непонятной субстанции. Она струилась вдоль стен, перетекала вверх под потолок, собиралась по центру купола и низвергалась водопадом на пол, где снова устремлялась к стенам. Тоненький ручеёк ответвлялся от основного течения и тянулся к пятачку возле аванпоста — туда, где еле держался измученный скачками в пространстве Моро.
— Это волновой процесс, — торжественно провозгласил Ветер. — Новый вид энергии, о котором мы даже не подозревали. Вторжение в штаб-квартиру началось со встроенных в аванпосты телепортов по той причине, что они случайным образом перенесли энергетические воплощения, то есть иномирских хундов, в наш мир. Обратите внимание, что потоки образуют геометрическую фигуру с концентрацией в наивысшей точке купола, что указывает на неслучайность архитектуры мельдома, призванного упорядочивать и усиливать существующие волновые процессы.
Разведчик продолжил импровизированную лекцию, но Софике слушала его вполуха — главное она уже узнала. Поскорее открыв логи аванпоста, она синхронизировала их с собственным портадатом и занялась правками программы.
С завтрашнего дня ни один человек больше не погибнет по её недосмотру.
Термин "свободное время" исчез из обихода Рэйзора окончательно.
С одной стороны, доверие властей Саморе, Панерута и Ламерии не могло не радовать; с другой — почуяв дармовую силу, правители трёх стран уселись на шею робота и не желали слезать. Когда-то ему не хотели давать контроль над вооружением "Третьей стороны", теперь же приказали внедриться в цифровую инфраструктуру армий — и не просто внедриться, а круглосуточно заниматься улучшениями программного обеспечения.
Что подтолкнуло власть предержащих к такому шагу, Рэйзор мог только гадать. Либо их впечатлил его вклад в оборону Коора и штаб-квартиры, либо удивило появление на церемонии прощания с погибшими людьми — так или иначе, отношения с главами государств наконец-то сдвинулись с мёртвой точки. Только развивались уж слишком стремительно.
Обычно на армейские новшества выделялись немалые деньги: одними нейросетями решить все проблемы не удавалось, и требовались услуги высококвалифицированных — следовательно, дорогих — специалистов. Рэйзор воплощал собою гибрид прогрессивной нейросети и профессионального оператора, при этом его труд дополнительно никак не оплачивался. Он стал идеальным работником. Или рабом?..