— А зачем мне Совет? Я даже палец о палец не ударю. Эти идиоты полезут телепорты отключать, как ты сказал, в итоге сами и нарвутся. Вопрос решится сам собой. Кто поумнее, усвоит урок, ну а дураки получат сполна. Видишь ли, добряк ты наш, я не разделяю существ по градациям дружественности. Это всё дерьмо хундово. Либо индивид с нами, либо нет. А если нет, то ликвидация на месте, вот и весь разговор. Это не кровожадность, а банальный навык выживания.
Похоже, шансов договориться со старейшиной иномирского племени больше, чем с товарищем по оружию. Гес играл в свою игру, отличную от совместной партии Тсадаре и Акана, но последние хотя бы старались действовать мягко, не рубили с плеча. Ксарат Келлемон же воплощал собою понятие категоричности. Ожидаемое поведение, учитывая, сколько лет он провёл на чужих планетах, в изматывающих битвах с отступающими атлериями и в напряжённых переговорах с недоверчивыми союзниками. В таких условиях решения приходилось принимать быстро и чётко, чтобы у солдат не было никаких колебаний в правомерности действий "Третьей стороны". Но сейчас нужна более гибкая тактика.
— Я сам поговорю с итиайя, раз ты не в состоянии уладить конфликт.
— Давай-давай. Только далеко от телепортов не уходи, не то маги зашибут! — хохотнул ламериец.
Туземцы выстроились в клин перед лесом: впереди — костлявый старейшина, опирающийся на заострённый посох; второй линией — зрелые мужчины, почти все увечные, с уродливыми шрамами, ставшими знаками боевого отличия; позади — непуганый молодняк, вчерашние дети, поддавшиеся дурному влиянию взрослых. Всего двадцать семь человек. Немало против обычных работяг из бригады, но неужели итиайя рассчитывают на безнаказанность? Высадка специализированной группы "Третьей стороны" быстро охладит их пыл. Что-то здесь не так, итиайя не идиоты, чтобы горсткой выступать против серьёзной военной организации.
Ветер, есть ли у них подкрепление?
Ответ отрицательный.
Кто остался в поселении?
Три женщины и пятеро детей возрастом до года. Тиамалата вместе с группой из одиннадцати женщин и трёх детей возрастом до пяти лет идёт через лес к базе. Высокий уровень волнения. Агрессии в эхе не наблюдаю.
Значит, Тиамалата не подвела, сразу отправилась выполнять просьбу Рэйзора. Неспроста даже Гес выделил её среди прочих природников — она была довольно сообразительной и с охотой шла на контакт. Жаль, что пропихнуть её в руководство племени не удастся: итиайя выбирали старейшин только из мужчин весьма преклонного возраста.
Эти предки, о которых твердила Тиамалата — духи, я так понимаю? Что они нашёптывают?
Не могу разобрать. Сильная рябь в эхе.
Как бы сейчас пригодился Моро, чтобы прояснить ситуацию с предками! Кстати, о Моро... Рэйзор прокрутил в памяти все записи разговоров с духом, предоставленные Ветром, и зацепился за оброненную вскользь фразу "ловят слабодушных в отражениях и готовят плацдарм". Что известно о новом старейшине, кроме того, что Тиамалата назвала его сердце чёрствым?
Если "Третьей стороне" удастся договориться с природниками, они серьёзно укрепят оборону. Следовательно, противник постарается приложить все усилия, чтобы не допустить налаживания отношений, более того — попытается завладеть племенем сам.
Найди способ увести оставшихся итиайя от поселения, — после недолгих раздумий сказал Рэйзор и добавил, чтобы подчеркнуть срочность приказа: — Выполнять.
Так точно, — после короткой заминки откликнулся разведчик.
Подойдя к группе магов на расстояние в несколько шагов, Рэйзор почтительно склонил голову и сцепил пальцы на груди в замок — так воины итиайя приветствовали друг друга. Никто из магов не шелохнулся, замерев подобно каменным изваяниям.
— Я хотел бы поговорить со старейшиной Анагита наедине, — произнёс Рэйзор, надеясь, что маги не будут играть в молчанку.
— Нет. Говори здесь, — проскрипел старик.
Что ж, по крайней мере, он всё ещё идёт на контакт.
— Мы глубоко огорчены сложившейся ситуацией и надеемся на обоюдно выгодное решение проблемы, — как можно более обтекаемо начал Рэйзор. — Позвольте узнать, что послужило причиной вашего недовольства?
— Вы нам не нужны, — как загипнотизированный, монотонно ответил старейшина. — Это наша земля. Наши предки. Убирайтесь.
От таких слов у парнишек в задних рядах группы начали воинственно раздуваться ноздри. Рэйзор видел, что ситуация на грани, но всё же дистанционно отключил телепорты Креса на двух ближайших бронемашинах — как раз вовремя, потому что из сжатого кулачка одной из девочек вырвался сноп пламени. Она испуганно прижала руки к груди и отступила назад. Воительница нашлась...
Старейшина бросил острый взгляд на военную технику, потом с подозрением уставился на Рэйзора.
— Вы скормили нам ложь, — процедил он сквозь мелкие, стёсанные зубы. — Ваше оружие не замечает магию.
— Я отключил его, потому что мы не сражаемся с детьми.
Ни один мускул не дрогнул на изрезанном морщинами лице Анагита, но мужчины позади него переглянулись.
— Ещё одна ложь. — Уголок тонких губ старейшины победно пополз вверх. — Вы слабы. Даже младенец итиайя обратит любого человека в прах.