- Ночью сегодня так болело сердце, думала, умру, - снова оживилась Хабарова. - Беспокоилась о нем. Хотела к вам прийти поговорить. Насилу утра дождалась. Днем немного рассеялась за домашними заботами. Потом уж и он заявился.
«Странно, - подумал Сергей. - Он же должен был вчера вернуться домой. Неужели все-таки что-нибудь натворил?»
В комнату, тяжело волоча ноги, вошла мать Хабарова. Она гнулась к земле, словно несла на себе тяжесть, глядела куда-то в бок, все время щуря слипшиеся от частых слез глаза.
- Здравствуйте, Клавдия Александровна! - поздоровался Сергей. - Как вы себя чувствуете? Анастасия Дмитриевна говорит, что вас радикулит замучил…
Старуха или не расслышала его слов, или не хотела отвечать. Она посмотрела на невестку и мужским простуженным басом спросила:
- Не пришел Степан?
- Сейчас, мама, придет. Подождите немного.
Сергей взял фуражку и стал прощаться. Он не хотел
сейчас встречаться с Хабаровым. Надо было узнать, где он провел эту ночь, с кем, откуда у него появились деньги. Встретиться, поговорить один на один.
- Куда же вы, Сергей Борисович? Посидели бы еще! - двинулась к порогу Хабарова. - Поужинали бы с нами.
- Извините, Анастасия Дмитриевна, не могу. В другой раз. До свидания. Передавайте привет Степану.
- Спасибо, Сергей Борисович!
Оказавшись на улице, Сергей снова очутился во власти неразрешенных вопросов. Было досадно, что к ним прибавились новые, такие же запутанные и беспокойные, требующие немедленного ответа.
Рийя поглядывала на часы. Она ждала Василия.
Вчера перед заседанием штаба дружины они договорились после работы сходить в кино.
Ей хотелось побыть с ним наедине. Взял бы Василий ее за руки и увел куда-нибудь далеко-далеко, где можно долго и неотрывно смотреть в его глаза.
Она любила той первой любовью, когда все было загадочным и новым, мечтала о дне, когда они навсегда свяжут свои жизни.
Василий почему-то медлил с признанием. Сказать все самой? Сейчас он придет к ней, она встретит его и предложит: «Давай завтра сходим в ЗАГС!» Интересно, как он отнесется к такому предложению? Нет, первая она ничего не скажет ему. Она такая храбрая потому, что его нет рядом.
Стукнула калитка. Должно быть, он пришел! Прибрано ли в комнате? Кажется, все в порядке.
Конечно, это он! Только у него такие тяжелые, неторопливые шаги. С розами пришел. Неужели позовет в ЗАГС? Только не сегодня. Впереди еще столько времени!
Рийя отскочила от окна и выбежала на улицу, так и не дождавшись, когда он постучит в дверь,
- Добрый вечер, Василь!
- Здравствуй, Рийя!
Где же цветы? Она же видела в его руках букет? Может быть, ей показалось? Наверно, показалось. Думает все время не о том, о чем надо… В самом деле, где же цветы?
- Ты готова?
- Угу.
- Пойдем?
- Да.
- Ты какая-то взволнованная. Обидел кто-нибудь?
- Нет.
- Что-нибудь случилось?
- Не знаю.
- Рийя…
Василий взял ее за локти. Она замерла, готовая услышать заветные слова.
Однако о любви Василий не заговорил; не хватило смелости… Он сказал о просьбе участкового: установить, кто запер ишака в кладовую Неверовой.
Рийя не обиделась, поняв, что Василий и сегодня не поделится с ней своими чувствами. Она была рада, что весь вечер будет вместе с ним.
- А как же кино?
- Сходим на последний сеанс.
Они прошли двор и на секунду задержались у калитки. В кустах живой изгороди Рийя увидела розы, которые принес Василий. Ей захотелось задержаться, взять цветы и сказать ему что-нибудь необыкновенное, ласковое, но у нее почему-то пересохло все во рту.
Потом, когда миновали несколько кварталов, она пришла в себя и спросила, удивленно поглядывая вокруг:
- Куда мы идем?
- К соседям Людмилы Кузьминичны.
Наверное, Василий тоже о чем-то думал в эти минуты, потому что ответил не сразу. Может быть, ругал себя за свою нерешительность.
- К соседям? Зачем? Кроме Мороза, никто этого не мог сделать. Пойдем прямо к нему.
- Не мог он этого сделать, - попробовал отговорить Рийю Василий, хотя вчера в штабе дружины говорил, что именно Мороз был причастен к этой хулиганской выходке.
- Мог, - упрямо повторила Рийя. - Мог! Пойдем, пойдем, не сопротивляйся.
Василий и не думал сопротивляться, просто он на секунду залюбовался разгоряченным лицом Рийи.
- Хорошая ты!
- Выдумал.
- Хорошая!
- Ну вот еще!
- Рийя!
- Пойдем, пойдем, - заторопилась она. Ей отчего-то стало страшно.
Василий опустил голову и пошел за ней, чувствуя, как тяжелеют ноги.
Над городом опускались сумерки. Небо, покрытое тяжелыми низкими тучами, казалось, плыло навстречу луне, выглядывающей из-за домов.
…Мороза дома не оказалось. Хозяйка, у которой Жан снимал небольшую комнату, сказала, что он ушел на работу.
- Какая сейчас работа, поздно уже, - удивилась Рийя,
- Не знаю, милые, не знаю. Найдите его и спросите, на какую работу ходит он вечерами.
Женщина сердито захлопнула дверь.
Рийя посмотрела на Василия:
- Может быть, он кого-нибудь подменил? Сходим на завод.
- Да.
Не было Мороза и на заводе.
