Сергей с тревогой посматривал на часы. До начала инструктажа оставалось двадцать минут. Теперь уже ни за что не попасть на него. Сказал бы, что ли, подполковник, в чем дело. Может, что-нибудь случилось на участке? Тогда надо повернуть вправо. Дальше уже начинаются «владения» участкового Сабирова.
- О чем задумались, друзья-товарищи? - нарушил молчание Абдурахманов.
- Ни о чем. - Лазиз сидел, положив голову на спинку сиденья и, казалось, ни на что не обращал внимания. Его узкие глаза сонно смотрели куда-то перед собой.
- Ты чем-то недоволен?
- Та вин каждый раз такий, - счел нужным вмешаться Дригола.
- Устал, - отозвался Лазиз.
- Ничего, - подбодрил Абдурахманов. - Сейчас я тебя немного подлечу и усталость как рукой снимет.
Машина долго ползла по обледенелой дороге. Наконец, показался городской рынок. Сомнения не оставалось- подполковник зачем-то привез Сергея и Лазнза на участок Сабирова.
Через несколько минут появился и сам участковый. Он был в новой, добротно сшитой шинели, в начищенных до зеркального блеска сапогах, в шапке-ушанке, на которой, словно пучок солнца, сверкала кокарда. Его круглое лицо сияло счастливой улыбкой.
- Здравствуйте, товарищ подполковник. Прошу вас, - Сабиров услужливо распахнул дверцу. - Уже все готово.
Абдурахманов не спеша вышел и направился за участковым, который не прекращал что-то говорить на ходу, прикладывая к груди руку. Они, по-видимому, так бы и ушли, позабыв о Сергее и Лазизе, если бы откуда-то из-за низких строений, тянувшихся вдоль рыночного забора, не вырвалась песня. Пели нестройные охрипшие голоса:
Песня остановила подполковника. Он поднял голову и слушал молча, подставив лицо под ослепительные лучи солнца.
Теперь пел один человек. Его голос тоже был не совсем уверенным. Правда, когда кто-то поддержал его, песня зазвучала несколько стройней:
- Твои? - пошел вперед Абдурахманов.
- Мои, товарищ подполковник, - вытянулся участковый. - Готовимся к встрече Нового года. Думаем выступить в отделе.
- Молодцы! - одобрил Абдурахманов.
- Рады стараться, товарищ подполковник!
- Откуда они?
- Дружинники? Большинство работники рынка. Отличные ребята, - пояснил Сабиров. - Жуликам никакого спуска не дают. Сегодня утром задержали спекулянтку. Продавала семечки. Сейчас сидит. Провожу следствие. Думаю, что к вечеру закончу.
- Давно спекулирует?
- Говорит, первый раз вышла на базар.
- Обманывает?
- Конечно. Говорит, нужда заставила продавать семечки. Ничего, - пообещал участковый, - она у меня скажет правду.
- Ну, смотри… Что вы там делаете? Идите сюда! - обратился Абдурахманов к Сергею и Лазизу, которые так и не выходили из машины. - Слышали?
- Что именно? - поинтересовался Лазиз.
- Песню, - не понял иронии подполковник. - Между прочим, товарищ Голиков, твои дружинники тоже должны что-нибудь подготовить к Новому году.
- Среди дружинников моего участка нет артистов, - невесело усмехнулся Сергей.
- Учись, Голиков, у своих коллег… Ты, Сабиров, проинструктируй его. Кстати, напомни мне об этих дружинниках: всех поощрим.
- Есть! - живо откликнулся Сабиров.
Остановились у длинного приземистого здания, в котором было больше дверей, чем окон.
- Прошу, - пригласил участковый.
- Где же хозяин? - спросил Абдурахманов.
- Сейчас придет.
Едва Сабиров умолк, как открылась дверь и вошел невысокий, полный, с крупным, лоснящимся от пота, лицом и заплывшими глазами хозяин кабинета - председатель базаркома Гани Вахабов. Одет он был в полупальто, меховую шапку и белые, как снег, чесанки.
- Добро пожаловать, дорогой товарищ!- благоговейно произнес он.
Подполковник, не поднимаясь, подал руку:
- Здравствуй, Гани-ака. Что это тебя на месте нет?
- Салам, урток начальник! Салам. На месте я. Выходил по делу. Тузикмисиз? Яхшимисиз? Ахволингиз яхшими?
- Ничего. Хорошо, - ответил с улыбкой подполковник. - Ты тоже, я вижу, здоров!
- Божьей милостью, урток начальник, как говорят русские. Пока на здоровье не жалуюсь, хотя и работаю день и ночь.
- Что у тебя нового, Гани-ака?
- Работаем без происшествий! - переглянулся с Сабировым Вахабов. - Жуликов повывели, как клопов. Спекулянтам тоже не даем пощады. Если кто появится, тут же составляем акт и направляем дело в суд. Пройдемте по базару, сами убедитесь в этом.
- Ты хочешь при мне разоблачать спекулянтов? - удивился подполковник.
- Что вы, - замахал руками Вахабов. - Я же говорю вам, что мы со всеми тунеядцами покончили. У нас такая дружина! Большое спасибо за все нашему участковому уполномоченному, Сабирову Кариму Сабировичу. Он день и ночь с нами.
