Например, он разговаривал с работником из Читы, который усиленно добивался того, чтобы занялись Кручиной — прииском, расположенным в 30 км от Читы. Тов. Михельман обещал двинуть это дело, но «немного» перепутал и все распоряжения по отгрузкам отдал по Дальнему Востоку, так что часть материалов, нужных для Кручины, попала в г. Свободный. То же самое бывало и в отношении работников. Их знали в Москве только по фамилии, причем тоже постоянно путали. Одного работника, которого нужно было послать в Забайкалье, назначили управляющим в Красноярск, где уже благополучно существовал управляющий, и таким образом оказалось там сразу два управляющих. А между тем на местах были хорошие работники, да и работники Союззолото были вовсе не плохие. Были там прекрасные инженеры и большие знатоки своего дела. Так, например, инж. А. А. Борисов, инж. К. М. Чарквиани, которые прекрасно знали золотую промышленность, но которые нуждались в поддержке, чтобы провести настоящую, крепкую линию.
Там же работал т. Д. Я. Одинцов, хороший знаток золотого дела, инж. Д. Д. Писарев, многие другие товарищи, которые впоследствии оказали большие услуги золотой промышленности и значительно содействовали ее развитию. Таким образом, весь вопрос заключался в организации дела, в ознакомлении с местными условиями, в умении забрать в свои руки руководство, в критическом подходе к тем безмерным требованиям, которые места предъявляли.
Требования все были «категорические», подтвержденные самой жесткой необходимостью, контроля же абсолютно никакого не было, плана тоже никакого не было.
Нужно было прежде всего поехать и узнать, что же делается в конце концов на местах, почему так категорически все это требуется и чем прииски и рудники могут подтвердить правительству эти «весьма категорические», но совершенно недоказанные требования. Надо было посмотреть, кто же сидит на бесчисленный золотых приисках и рудниках, почему они поставлены во главе этих предприятий, как они вообще работают, знают ли свое дело, можно ли им поручить дальнейшее строительство и развертывание промышленности, или надо их всех сменить.
Я просил у тов. Сталина разрешения доложить ему об этом и снова имел с ним продолжительную беседу, которая меня чрезвычайно подкрепила и дала мне совершенно новую установку о том, как ставить работу.
Пошел я к тов. Сталину в довольно растерянных чувствах и думал, что мне не удастся справиться с золотой промышленностью, такой запутанной, неизвестной, и с такими людьми, которые не хотят признавать никаких порядков, никакой дисциплины, а действуют анархически, каждый по-своему. Меня очень пугало еще то, что московская организация Союззолото была пустым местом и вовсе не была «штабом золотой промышленности». Казалось, что это не промышленность, а какая-то кустарщина, старательство с примитивными навыками, низкой техникой и невежественными кадрами.
Тов. Сталин сразу по моему растерянному виду догадался, в чем тут дело.
— Ага, это, брат, не нефтяная промышленность, — сказал тов. Сталин.
Затем, усмехаясь, посадил меня за стол и напоил чаем с сухарями. Тогда я немного оправился: эта простая милая улыбка под усами и веселый взгляд его замечательных глаз сразу же подбодрили меня. Казалось, что он уже знает о том, что происходило в золотой промышленности, знает о том, какое на меня произвело впечатление «ознакомление» с золотой промышленностью. Больше того, мудрый учитель знал также, что все это можно исправить и даже как исправить. Когда я доложил подробно обо всем тов. Сталину, он снова посмеялся над моей растерянностью и сказал:
— Ну, здесь в Москве это дело только что еще организовано, поэтому здесь и нет ничего, но на местах золотая промышленность существует уже много десятков лет. Там дело должно быть гораздо лучше поставлено, и вы увидите, что это действительно так. Другое дело, что все это не организовано, не увязано между собой, но все-таки существует «золотой» пролетариат, существуют предприятия, на которых рабочие и инженеры работают и будут работать и которые дадут стране еще очень много золота.
После этого тов. Сталин в сжатых и кратких сталинских словах наметил, что я должен сделать. Нужно ехать на места, изучить людей, работающих там, ознакомиться с тем, что они делают, связать их в одну организацию. Они должны понять преимущества новой организации, и эта организация даст возможность быстро развить золотое дело в нашем Союзе. Работники по золоту прежде всего члены партии и они готовы, как все члены партии, разорваться пополам, но выполнить порученное им партией дело. Поэтому никого не надо снимать, а надо, узнать людей, заставить их понять, что от них требуется, разъяснить им толково, что они должны делать.
