Вместе с тем я начинал втягиваться в дело, начал привыкать к золотничному народу и стал привязываться к нему. Народ сибирский — очень своеобразный, он гораздо развитее и способнее, чем средний русский обыватель европейской части нашей страны. Сибиряки — это потомки ссыльно-поселенцев, часть которых была сослана по политическим, религиозным и аграрным делам. Старатели и рабочие — горняки и приискатели — отличаются сметкой, сообразительностью, уменьем ориентироваться в сложнейшей обстановке горного дела. Прекрасные разведчики имелись у нас в Якутии и на Дальнем Востоке, люди, любящие свое дело фанатично, любящие тайгу, природу, жизнь на воле.
Так как я вырос на Урале, куда мой отец переехал, отбыв свой срок в Сибири,[47] то мне близки были и горы, и лес, и вся прекрасная таежная природа. Я мало-помалу сильно втянулся в сибирскую жизнь так, что через несколько лет стал чувствовать себя хорошо на прииске, на руднике, на разведке.
Для меня самым большим удовольствием стало забраться куда-нибудь на прииск или на рудник, пройти там с разведкой самые «трудные» гольцы и пади, найти новую руду и тут же на месте начать работы по проектированию нового прииска, нового рудника, новой фабрики. Часто тут же на месте мы строили временную фабричку, ставили копры, били штольни, притаскивали первую машину, рубили первые дома для конторы и для жилья.
Сколько на моей памяти выросло буквально на пустом месте новых предприятий, которые теперь через несколько лет превратились в большие хорошо организованные комбинаты, оборудованные по последнему слову американской техники.
Кадры для нового строительства мы получали от ЦК партии, но очень много мы вырастили новых кадров из рабочих, старателей, служащих.
Тов. Сталин оказался тысячу раз прав: в Сибири и на Дальнем Востоке был не только хороший «золотой» пролетариат, были люди, из которых вышли впоследствии прекрасные техники, штейгеры, инженеры, директоры, управляющие трестами. Многие плотники, забойщики, слесари теперь имеют диплом инженера или штейгера и работают для дальнейшего роста золотой промышленности, которую они любят и из которой не хотят уйти.
Мне стоило большого труда добиться разрешения основать в Иркутске горный институт, а на периферии десяток техникумов. Большого труда стоило также получить в свои руки всю сеть народного образования в районах золотой промышленности от начальных школ до техникумов и высших (специально по золоту) учебных заведений. Я расскажу далее как мы строили горный институт и промакадемию, как подбирали студентов, как старались обеспечить их учебу и жизнь их семейств, так как многие «студенты» были люди среднего возраста и имели большие семьи.
Теперь же я вернусь к изложению событий.
С правлением акц. общ. Союззолото места продолжали чуть ли не гражданскую войну. Работники, которые приезжали из Москвы и вели так называемую «московскую линию», делали это очень нетактично. Поэтому часто были скандалы с местными работниками. Когда же москвичи возвращались в Москву, то они в долгу не оставались, снимали так называемых виновников разных скандалов, происшествий и т. п. Поэтому получалась страшная неразбериха, неуверенность. Никто не знал, где он будет работать завтра, что он будет делать. Никто ни за какое дело не отвечал. Мне приходилось во всей этой путанице разбираться, кто прав и кто виноват, наказывать действительно виновных, а в то же время выправлять структуру, намечать будущие четкие, организационные формы.
Нужно было не только превратить золотую промышленность из кустарного промысла в механизированную индустрию, надо было проделать огромную работу сначала по созданию самой организации, а затем уже по механизации золотой промышленности и по оборудованию ее. Иначе нельзя было бы начать с 1929 г. намеченное правительством превращение полукустарной золотой промышленности в подлинную отрасль социалистической индустрии. Нельзя было вести разведочные работы, особенно по рудному золоту, нельзя было бы построить и оборудовать и ввести в эксплоатацию ряд крупных предприятий, если существует неразбериха и всякие препятствия организационного порядка. Вот тут-то и сказалась та огромная работа, которую проделали тов. Сталин и Центральный комитет нашей партии.
Дело создания золотой промышленности заключалось не только в постройке рудников, амальгамационных фабрик, эфельных заводов, драг, гидравлик и прочих механизмов.
