Программа эта была выработана небольшой комиссией и передана П.В. Глазенапу, при чем представители городского самоуправления, ввиду того, что предполагалось чествование генерала А.И. Деникина раутом от городской думы, просили уведомить их о приезде командующего армией, по возможности, хоть за день до приезда, или же, если такое уведомление по каким-либо соображениям будет признано неудобным[83], определить приезд не в праздничный день, ввиду трудности собрать учащихся и широко оповестить население.
П.В. Глазенап отбыл к командующему.
В субботу днем была получена генералом Уваровым телеграмма о прибытии командующего в воскресенье, в 9 часов утра. Доставлено было уведомление в городскую управу около 9 часов вечера. Офицер, которому поручено было размножить и разослать текст оповещения, передавал мне, почему произошло такое замедление.
В сущности, текст оповещения состоял всего из нескольких слов: сообщается для сведения, что командующий армией прибывает в Ставрополь в воскресенье, такого-то числа, в 9 часов утра. Впереди же шел длинный, занимающий почти лист, перечень лиц и учреждений, кому это должно быть сообщено.
Когда оповещение было изготовлено, начальник губернаторского штаба, полковник Яковлев, раздраженно указал офицеру, что, по мнению генерала Уварова, председатель городской думы помещен не в надлежащем порядковом ранге.
— Потрудитесь поставить его в самом хвосте, с союзом: начальнику сыскного отделения и — председателю думы.
Вместо забракованного было изготовлено новое оповещение, и рассылалось оно в порядке расположения адресатов, почему и дошло до председателя думы последним, ибо он, по указанию генерала Уварова и полковника Яковлева, в ряду других учреждений и лиц должен занимать самое последнее место — с союзом.
Эта задержка лишила городское самоуправление возможности выполнить программу чествования генерала Деникина полностью, как она была намечена, и раут в городской думе не мог состояться, тем более, что за время отсутствия из города губернатора его контр-разведкой были арестованы некоторые из гласных думы, в том числе член Учредительного Собрания Е.А. Дементеев. Арестованы они были без всяких оснований и после усиленных хлопот были освобождены накануне приезда генерала Деникина.
Ввиду того, что посещение городской думы командующим армией не состоялось в этот приезд и делегация думы аудиенции по поводу этого доклада у генерала Деникина не имела, было испрошено разрешение командующего на представление этого доклада в Екатеринодаре, куда несколько позднее делегация городской думы и выехала.
В продолжительной беседе с делегатами генерал Деникин согласился с большинством из тезисов представленного доклада и обещал примять меры к скорейшему проведению их в жизнь.
Кроме того, делегации было обещано освободить Ставрополь от генерала Уварова.
Это было незадолго до 25 сентября 1918 года, — даты смерти верховного руководителя добровольческой армии М.В. Алексеева[84].
Положение на фронте. — Нажим генерала Врангеля на красных. — Тревога в Ставрополе. — Заявление губернатора. — Внезапная эвакуация города. — Разговор с П.В. Глазенапом. — Разлука с больной семьей.
Отбросив красных от Екатеринодара, главные силы добровольцев продолжали теснить их из Майкопского отдела и в направлении на юг, вдоль линии Владикавказской железной дороги.
Ставрополь охранялся сравнительно слабыми силами, и судьба его зависела от направления, которое изберут главные силы красных при их отступлении.
В начале сентября 1918 года с переменным счастьем шла борьба в районе станиц Петропавловской и Михайловской, где была сосредоточена группа красных численностью около 15.000 бойцов.
Против них действовали 1-я конная дивизия генерала Врангеля, в составе около 1.200 бойцов, и пехотные дивизии Казановича и Дроздовского, занимавшие район Армавира и линию железнодорожной магистрали до станции Овечка.
В первых числах октября конницей генерала Врангеля были взяты станицы Урупская и Бесскорбная и начались бои за переправу через Уруп.
Тем временем красные, заслонившись Урупом, наступали вразрез между конницей и 1-й пехотной дивизией, тесня пехотные части генерала Казановича с юга на Армавир.
13 октября, форсировав Уруп, конница генерала Врангеля обратила красных в бегство. Полчища их откатились к станице Успенской на Кубань — в район, где сближается магистральная железнодорожная линия с Армавир — Туапсинской линией на Ставрополь.
Не ожидая форсирования генералом Врангелем Кубани, силы красных, переправившись на правый берег, начали распространяться вниз по течению Кубани и железнодорожной линии на Ставрополь. Этим движением красных сил предрешена была участь Ставрополя.
