Лорна и сама улыбнулась, когда увидела, что сделал Зитар перед появлением Пэна. Крошечный талпини соорудил колоссальный механокостюм на пневматических ногах, благодаря которому он на голову с лишним возвышался над любым обитателем Грайзела. Сам Зит сидел в защитной камере, являвшей собой грудь механического гиганта. Дополняли эту внушительную картину огнеметы, встроенные в руки погрузчика, и гранатометы, смонтированные над головой. И теперь – впервые в жизни – уже Зитар, ухмыляясь, глядел на Пэна сверху вниз.
– Странно, – глумливо произнес Зит. Насколько внушительно смотрелся его механокостюм, настолько же пискляво звучал голос. – Я думал, мы все в одинаковых правах. Трое Хозяев Бурь. Равные во всем.
– Да ты что? – Пэн не сдвинулся с места, когда Зитар с лязгом шагнул вперед, пытаясь вынудить его отступить. – Вылазь из этой штуки, и я тебе покажу, насколько мы равны.
Зитар поджал губы и вскинул свою большую голову:
– Ути-пути, чувствуешь себя ущемленным? Бедный маленький довутинчик.
Пэн с размаху ударил правой, но его огромный кулак был с легкостью перехвачен механокостюмом, который стиснул его стальной хваткой. Зитар сжал собственную руку, и костюм повторил жест благодаря сенсорам, провода которых шли от перчаток, надетых на коротенькие ручки талпини. Раздался отвратительный хруст, Пэн зарычал. Свободная рука довутина мгновенно метнулась к бластеру, висевшему у него на поясе.
– Хватит!
Ни один из Хозяев Бурь на Лорну даже не взглянул, но ее голос возымел мгновенное действие. Оба застыли, свирепо зыркая друг на друга.
– Зитар, отпусти его. Пэн, уймись.
Вот теперь Пэн повернул голову и посмотрел на нее:
– Кто это умер и сделал тебя Глазом?
– Кто сделал тебя глупым? – Она устремила взор на Зитара. – Ссоритесь, будто новобранцы. Мы должны направлять шторм, особенно в отсутствие Ро.
Зитар первым пошел на попятный и отпустил кулак Пэна:
– Ты права, конечно. Это было глупо с моей стороны. Извиняюсь.
– Да уж глупее некуда, – рявкнул Пэн, потирая ушибленные костяшки. – И не думай, что меня одурачат твои глупые извинения.
Зитар развел руки механокостюма, его круглое лицо расплылось в ухмылке:
– Просто пытаюсь быть выше этого.
Пэн зарычал и шагнул вперед, но Лорна встала у него на пути, не дав возобновить драку:
– Мне что, самой тебя остановить?
Он прожег ее взглядом, лицо обдало его горячим дыханием. Лорна не произнесла ни звука – пусть молчание говорит за нее. Все это время она обдумывала варианты: удар головой, чтобы сломать его толстый нос? Нож в брюхо, между бронепластинами, спрятанными под рубашкой из саавского шелка? Или точный удар коленом в промежность, если захочется унизить этого дуболома? В конечном итоге оказалось, что достаточно просто не отступать. Взгляд Пэна заметался между Лорной и Зитаром, и наконец он, сдавшись, фыркнул и повернулся к ней спиной. Вот насколько он ей доверял, безмозглый дурак. Как легко было бы прожечь дыру между этими широченными плечами!
– Так в чем дело? – проворчал Пэн, пытаясь совладать с ситуацией, которая стремительно выходила из-под его контроля. – Зачем вы меня вызвали в эту вонючую дыру?
– А как ты думаешь? – спросил Зитар. – Ты напортачил, Пэн. Капитально напортачил.
Пэн сердито развернулся:
– Что ты сказал?!
– Он говорит о Сайклоре, Пэн, – добавила Лорна. Услышав название планеты, довутин помрачнел:
– Так и что?
Зитар наигранно почесал свою шейную бородку; механокостюм скопировал его движения, будто чокнутая марионетка.
– О, дай подумать. Потеряна целая туча. Сектор на ушах. Сенат и джедаи на связи день-деньской. Скажи мне, Пэн, следует ли вызвать сюда того идиота, который командовал набегом? Как бишь его там? Сарн Звездоляп?
– Звездолом.
Зитар щелкнул пальцами:
– Да, точно. Вот только мы не можем его вызвать, потому что он стал звездной пылью. Поэтому вызвали тебя. Поскольку упомянутый идиот мертв, почему бы не заняться напрямик его придурочным начальником?
Пэн бросился было вперед, но на сей раз Лорна уперлась рукой в его грудь. Он остановился, поводя ноздрями:
– Звездолом не виноват. На верфях были джедаи.
– Джедаи, они везде, – продолжил Зитар. – Чем ты думал, Пэн? Ро четко сказал…
Довутин воздел свои толстые руки:
– «Ро сказал то», «Ро сказал сё». Ты сам себя слышишь? Пять минут в бурях, а уже невесть что о себе возомнил. – На этот раз Лорна не стала вмешиваться, когда он шагнул вперед, наставив толстый палец в лицо Зитара. – Мы с Лорной тут более-менее с самого начала. А ты кто такой? Всего-навсего жестянщик, который высоко взлетел. Может, и следовало бы дать тебе поблажку, потому что тебе явно невдомек, как тут делаются дела, но, сказать честно, я сыт по горло тем дрюком, который извергает твоя пасть. Здесь не Республика, Зитар, а мы не джедаи. Мы делаем что хотим и когда хотим, и никто нам не указ. Даже Ро. Он мчит верхом на шторме, который раздуваем мы. Наши бури. Наши молнии. Да, благодаря ему у нас есть Тропы, но мы уже переросли его. А если ему что-то не нравится, пусть слезает с бочки, что бы там ни блеяли его бесхребетные лакеи. Вроде тебя.
– Вот оно как?
