Манн замолк, и они со Стелланом посмотрели на окно. Почувствовал даже Белл, закрывшийся от Силы. В комнате появился кто-то новый – возможно даже, и не один. Кто это, нельзя было определить: они видели лишь тени на стене и Туна, который стоял боком к окну и разговаривал с новоприбывшими, а рядом с ним стоял озрилансо.
Сидевший рядом с Беллом Манн порылся в сумочке, пристегнутой к поясу, и достал маленькую тарелку, которую подключил к комлинку и крепко привинтил.
– Это что, подслушивающее устройство? – спросил Стеллан, когда Манн направил тарелку на открытое окно.
– Нельзя же во всем полагаться на Силу, – ответил Манн, вращая колесико в тыльной части прибора.
– Но мы и не тайная полиция.
Манн выразительно посмотрел на все еще девственно-чистое одеяние Стеллана:
– Уж точно не в таком наряде.
Стеллан явно намеревался ответить на колкое замечание, но передумал. Элзар Манн резко крутанул колесико, и комлинк захрипел голосом сенатора. У Белла ёкнуло сердце от услышанного:
«Это что, световой меч?»
– Это что, световой меч?
Тай Йоррик очень старалась не ерзать под пристальным взором Тиа Туна. Первое правило на переговорах: никогда не показывай, что тебе неуютно, даже если тебе неуютно, – притом что вся ситуация вызывала жуткий дискомфорт. Плевать на ремонт, надо было сразу сказать Мантессе, куда ей засунуть свое предложение. Особенно когда выяснилось, чего именно от нее ждут. Вот почему Тай так долго пользовалась веразинскими плитками. По крайней мере, плитки никогда не пытались ее переубедить.
– Вы член Ордена? – спросил сенатор, не получив ответа на первый вопрос.
Тай мотнула головой:
– Нет, сэр.
Салластанин склонил голову набок, прищурив большие черные глаза:
– Любопытно. Тогда где вы раздобыли рукоять?
К досаде Тай, в этот момент вмешалась Мантесса с очевидной ложью:
– Их на удивление легко приобрести, если знать, к кому обращаться.
– Вот как?
Изобретательница кивнула, еще глубже погрязая в своем вранье:
– У моего отца была целая коллекция. Реликвии Войн ситхов, ни больше ни меньше. Абсолютно бесценные.
– Поразительно. И они все еще у вас?
Мантесса сложила перед собой безукоризненно чистые руки. Спасибо хоть ее дезинфектор был спрятан в кармане. Постоянное шипение дроида уже реально действовало на и без того расшатанные нервы Тай.
– Увы, нет, – продолжила курану, используя эту возможность, чтобы вернуть разговор в нужное русло. – Я их продала, чтобы профинансировать свою работу.
Синий ящик стоял позади нее на репульсорных салазках, которые Тай толкала от самого «Динамо». Его содержимое оказалось на удивление тяжелым.
– Да, конечно, – сказал Тун. – Причина, по которой мы здесь. И вы сами это сконструировали?
– Вдвоем с дочерью.
– А она?..
– На моем корабле. Смышленая девочка, но на публике нервничает.
Тай невольно испытала легкий приступ зависти. Она все бы отдала, лишь бы сейчас оказаться на «Динамо».
– На Вало сейчас особенно много публики, – сказал Тун, азартно разглядывая ящик. – Так что, посмотрим?
– Естественно. – Мантесса набрала код на клавиатуре, встроенной в стенку ящика. Когда швы со щелчком разошлись, Тай невольно затаила дыхание. Мантесса объяснила, что должно произойти, но не сказала, чего ожидать, когда ящик откроется. Как оказалось, ничего особенного. Устройство напоминало портативный коммуникатор или даже влагоуловитель, только облепленный проводами и мигающими диодами. И вот эту штуку она охраняла?
Тун явно разделял разочарование Тай:
– Я думал, он будет немного более… презентабельным, – сознался сенатор, поглаживая щеки.
– Это прототип, – быстро сказала Мантесса. – Работающий прототип.
Тун шагнул вперед, и его охранник-озрилансо сделал то же самое. Тай уже списала со счетов этого здорового дурня, которого сенатор, подумать только, представил как своего «секретаря» по имени Ратко. Выглядел он внушительно, но Тай уже придумала как минимум три разных способа его вырубить. Всегда полезно быть подготовленной.
– И как же именно он работает?
Улыбнувшись, Мантесса вынула из рукава маленькое устройство дистанционного управления. Она нажала на кнопку, и прибор, зажужжав, осветился огнями, словно панель управления на «Динамо».
– Готовый прибор будет намного меньше бросаться в глаза, – объяснила она. – Не говоря уже о том, что он будет намного меньше, и его можно будет смонтировать на стене или на крыше, так что его не будет видно.
– Рад слышать, – сказал Тун, разглядывая устройство, которое начало довольно пугающе испускать пар.
– В его основе находится рекаиниевое ядро, – как ни в чем не бывало продолжила Мантесса, – которое сейчас вращается в вихревой камере.
Тун резко отступил назад:
– В таком случае можете его выключить! Владение рекаинием запрещено!
– Только в необработанном виде.
– В любом виде, – настаивал Тун. – И на то есть причина.
Мантесса не сдавалась:
– Но, как вы сами убедитесь, подавитель сорок семь даст Сенату отличный повод пересмотреть этот закон.
