Из спальни, куда удалился Дункан, было слышно нарушающий тишину голос Рейчел, которую не могло всё устроить. Она причитала, что Спенсеру стоило оставить подарки на отдельном столике и открыть лишь по окончанию ужина, надеть другую рубашку, пиджак и галстук, да и к тому же приготовить не жирного гуся, а диетического кролика. Они слышали каждое её слово настолько отчетливо, будто девушка стояла под самой дверью. Каждому по-своему было жаль податливо влюбленного Спенсера.
— Что-то случилось по пути сюда? — спросил скорее у Алиссы, нежели у Фреи, молчаливо сложившей руки на коленях и отвернувшей голову к окну. — Обычно, на день рождение люди заявляются с более радостными лицами, — пошутил, но, похоже, попытка разрядить обстановку оказалась неудачной.
Он заметил, как девушки переглянулись между собой. Фрея наклонила голову чуть вниз, отрицательно покачивая ею, на что Алисса понятливо кивнула. Их немые переговоры длились меньше минуты, но по сговорчивым выражениям на обеих лицах, Джеймс заранее понял, что верного ответа не получит.
— Вытащи птицу, — холодно произнесла Фрея, не дав Алиссе ответить ни ложью, ни правдой.
Джеймс отвернулся. Из духовки исходила тонкая серая дымка, подающая тревожный сигнал. Фрея поспешила подняться с места и подойти к нему. Он напрочь забыл о перчатке, а потому обжег ладонь в ту же секунду, что притронулся к нагревшейся ручке духовки. Она надела дурацкую перчатку и сделала всё за него, хотя всякий прежний опыт на кухне заканчивался для неё неудачей.
— Ты в порядке? — спросила, обхватив его ладонь обеими руками, одна из которых всё ещё была облачена в перчатку. Гусь с чуть пригорелой корочкой медленно остывал на одной из кухонных тумб, отодвинутый подальше от их беспомощной рассеяности.
Джеймс смотрел на Фрею в упор, пытаясь угадать, что означала столь резкая перемена. В серой дымке почти бесцветных глаз вместо ответа обнаружил тлеющий уголек беспокойства, взывающего к улыбке, пробившейся на лице мимо воли. И как только уголки его губ приподнялись вверх, как она закатила глаза, выпустив его руку, безвольно упавшую вниз. Фрея намеревалась поспешить вернуться обратно за стол, сложить впереди себя руки и мучать его своей ледяной холодностью, как Джеймс не постеснялся Алиссы, чтобы перехватить её запястья и вернуть к себе. Он только и успел коснуться губами её мягкой теплой щеки, как она ловко вывернулась, всполошенная голосом Рейчел.
— Гуся нужно поставить на середину стола, — на выдохе произнесла девушка, приняв вид уставшей хозяйки, не унимавшейся весь день в преддверии принятия званых гостей. На то, что она была чужой в этом доме, никто не стал нарочно пенять, что было само по себе очевидным. — Похоже, наше тщательное приготовление осталось незамеченным, иначе я не понимаю, почему не получила ни одного восторженного комплимента? — нарочно обиженным голосом продолжала Рейчел, кося взглядом в сторону Джеймса, который со всей бережностью переложил жирного гуся на большую круглую тарелку, занятую ими у соседей, и едва ли внимал не весьма удачному комментарию девушки. Он просто хотел поспешить занять место подле Фреи, а на остальное ему было плевать.
— Кажется, я сказал тебе уже сотню комплиментов, — по-доброму посмеиваясь, произнес вошедший на кухню Спенсер, полностью переодевшийся. Вокруг шеи был аккуратно завязан скучный чёрный галстук, выделяющийся ярким пятном на накрахмаленной белой рубашке. Парень предусмотрительно закатил рукава, нарочно не надев пиджака. Прямые чёрные брюки, выбранные Рейчел, были гораздо лучше широких серых, что он выбрал сам.
— Ты похож на кинозвезду, — сказала Алисса, мягко улыбнувшись. Она во многом чувствовала себя лишней рядом с Фреей и Джеймсом, скованными недоразумением, а также Спенсером и Рейчел, за несколько недель уподобившееся самой обычной семейной паре.
— Они носят смокинги, — хмыкнула Рейчел, не дав парню возможности ответить хотя бы коротким словом благодарности.
— И красные помады, — вторил Джеймс, успев занять место рядом с Фреей, придвинувшейся чуть ближе к Алиссе, снова взывая к его недоумению.
Он не успел ни о чем спросить, когда вернулся Дункан. Переодетый и причесанный, парень держал бутылку вина, что принялся открывать прежде, чем занимать место за столом. Краем глаза он по-прежнему смотрел на Алиссу, выпрямившую спину в ту же секунду, как только он вошел. Едва ли это сумел заметить кто-либо, поскольку каждый был занят своими заботами.
