Казалось, Фрея не замечала, как природа его тела вполне естественно тянулась к ней, желая гораздо большего, чем она позволяла. Может быть, девушка нарочно не подавала виду из страха, неуверенности или скрытого в глубине души отвращения. Джеймс не мог прочитать её мыслей, но замечал знаки. Стоило ему немного возбудиться, как Фрея отстранялась, оставляла его, не утруждая себя в поисках предлогов. Прикрывала смущенную улыбку ладонью, качала головой и отходила в сторону, давая время для передышки, прежде начать изводить заново. Он смущал её без всякого намерения. И хотя возбужденное напряжение Фреи было ощутимо, Джеймс всеми силами не поддавался воле тела, оставляя выбор за ней.
Поэтому встреча с Джейн выдалась ему глупой нелепостью, стоящей кроткой улыбки, но не более. В большем предвкушении он был от предстоящей встречи с Фреей, о которой они, как обычно, не обусловливались. У него оставался всего час перед встречей с мистером Клаффином, и он не хотел более тратить его на учебу.
Он всё ещё не мог приучить себя к усердию, поэтому по большей части спасала живость ума, потенциал которого Джеймс наконец-то начал использовать. Доклады и конспекты были не так уж важны, поэтому с головой зарываться в книги он не находил смысла. Достаточно было посещать занятия и слушать. В этом Джеймс начал преуспевать, хоть всё ещё порой позволял себе не посещать занятия, если только ему хотелось того.
В послеобеденное время общежитие обычно пустовало. Кто ходил на вечерние курсы, кто истрачивал часы в библиотеке, кто готовился к танцам или заседаниям дурацких клубов, что, невзирая на анонимность и напускную таинственность, были почти всем известны. Он знал дни и даже часы, когда Фрея оставалась в комнате одна, точно как и она знала внутреннее расписание жизни в их мальчишеском логове. Этого времени было мало, но от того видеть друг друга изо дня в день хотелось лишь сильнее. Стоило кому-то нарушить их уединенность, как они, по большей части Фрея, уходили в тень холодной отстраненности, скрывающей тепло разгоряченной кожи и свет блестевших глаз.
Джеймс спешил свидеться с девушкой, но когда оказался у двери её комнаты, ему никто вдруг не открыл. Он осматрелся вокруг, как делала по привычке Фрея, а затем постучал ещё громче и настойчивее, что по-прежнему было безрезультатно.
— Могу тебе помочь? — Джеймс не заметил, как открылась соседняя дверь и рядом появилась Рейчел. Подстроено всё было так, будто она оказалась в коридоре вовсе не потому, что услышала устроенный им грохот, а собиралась уходить и пересеклась с ним совершенно случайно. — С чем тебе может помочь Алисса или Фрея, с чем не могла бы помочь я? — хмыкнула девушка, двинув плечами.
— Мне не нужна помощь. Я всего лишь хотел… Впрочем не важно, — он усмехнулся, поправив надвинувшиеся на глаза волосы.
— Не хочешь вместе пообедать? — Рейчел принялась запирать двери, краем глаза наблюдая за ним.
— Не хочу мешать вам со Спенсером.
— Вряд ли у тебя это получиться. Мы встретимся только за ланчем, — спрятав ключи в сумку, она повернулась к нему с глупой улыбкой на милом лице. Похоже, Фрея была права. Рейчел всё ещё питала к нему чувство, теплящееся в глазах пустой надеждой, с которой смотрела на него и прежде. Это немного сбивало с толку, по большей мере потому, что странная привязанность Рейчел мешала Фрее, сковывала её, вынуждала чувствовать себя лгуньей.
Джеймс считал все её треволнения напрасными, но только теперь увидел их причину воочию. Для него чувства Рейчел не имели значения, впрочем как и чувства остальных девушек, питающих в глубине души бессмысленную веру в его взаимность по отношению к ним. Фрея тоже не должна была значить для него большего, но что-то пошло не так, и вернуться к прежнему расположению дел уже было невозможно. Впрочем он смирился с этим гораздо проще, чем можно было того ожидать. Терзания были, но Джеймс победил их, в отличие от Фреи.
— Знаешь, нам бы не помешало кое-что обсудить, — произнес Джеймс, когда они вместе спускались вниз по лестнице. Рейчел крепко вцепилась в его руку, как будто они всё ещё были парой. Не отпускала, даже когда на ходу надевала перчатки, приняв безмятежный вид, хоть и внутри испытывала короткий миг ликования.
— Интересно, о чем же? — спросила, подавляя улыбку. По дороге кивала знакомым, махала им рукой, будто двигалась красной дорожкой, а не холлом общежития. Рейчел знала, что к ним было приковано всё внимание, и умело пользовалась этим.
— О нас, — ответил достаточно многозначительно, чтобы глаза девушки тут же загорелись. Она посмотрела на него с живой искрой, обжигающей своей яркостью, подавляя улыбку, вырывающуюся наружу. Рейчел ещё сильнее сжала его руку, что заставило Джеймса пожалеть о том, что не сумел подобрать слова правильно. — Точнее обо всем, чего между нами не было.
Он открыл двери, выпуская Рейчел на промозглую улицу. Ей пришлось его отпустить с заметно поникшим выражением лица. И всё же затем она схватила парня под руку снова, вот только не так цепко, как прежде.
