Мальчик отошёл. Рагдай взял поводья. Возле самого берега была прорубь. Девка, пробив ледяную корочку, погружала в воду одно из вёдер. Вдев ногу в стремя, Рагдай поднялся в седло и поскакал к ней. Услышав топот копыт, она обернулась, вскрикнула и присела, уронив вёдра. Конь, проломив копытами тонкий лёд у берега, заскользил задними ногами, но устоял. Взяв девку за воротник, Рагдай её уложил поперёк седла. Она завопила, взмахивая ногами. Слишком просторные лапотки тут же соскочили, упали в прорубь. Рагдай, тем временем, повернул коня, ударил его хорошенько шпорами и погнал к дремучему лесу. Девчонка не унималась. Она хотела куснуть дружинника за колено. Пришлось ему слегка сжать ей шею возле ушей двумя пальцами. Лишь тогда она успокоилась и умолкла.
Патрикий и Святослав нашли их под ёлкой. Рагдай смутился сильнее девушки. Та хихикала, оправляя рубашку и полушубок. Ей было весело. Встав на цыпочки, она что-то шепнула Рагдаю на ухо и бегом помчалась к своему дому. Даже не поглядев ей вслед, Рагдай суетливо сел на коня и вместе с двумя своими попутчиками широкой лесной дорогой поскакал к Брянску.
– Неплохо, – похвалил князь.
– Да, великолепно, – сказал патрикий, – но я бы сделал всё лучше.
Среди деревьев вдруг замелькал бегущий кабан. Наездники погнались за ним. Святослав, под которым был лучший конь, настиг зверя первым, и, вынув саблю, перерубил ему позвоночник. Вепрь покатился, пачкая снег кровавыми брызгами. Все четыре дня пути к Брянску князь, Калокир и Рагдай питались лишь мясом этого вепря, жаря его на углях, а кони их ели мох, лишайник и молодые побеги сосен.
Отправив из Брянска в Киев обозы с данью, Святослав двинулся на восток, где жили племена вятичей и радимичей. Города их стояли по берегам Оки, среди лесных чащ. Вятичи и радимичи не особо любили князя, который пять лет назад обложил их данью. Но всё-таки те из них, кто остался жить в городах, платили её исправно. Однако же, были семьи, переселившиеся в дремучую глубь лесов, дабы избегать уплаты оброков. Одни из них построили себе избы, другие обосновались скромненько, в шалашах, иные – в землянках. Княжеским отрокам, натыкавшимся на такие жилища, порой даже приходилось их штурмовать, чтобы взять с хозяев, как говорится, хоть шерсти клок. Основным занятием лесных жителей была, конечно, охота. Ещё они разводили некрупный скот, собирали мёд диких пчёл и ловили рыбу. Женщины их, одетые очень своеобразно, чем-то понравились Калокиру. Уж очень он любил женщин.
Целые две недели пробыв в глухих приокских лесах и насобирав там немало дани, великий князь и его попутчики повернули на юго-запад. Без малого восемь дней ехали они по звериным тропам, прежде чем добрались, наконец, до края лесных пространств. Их сменила степь. На вторые сутки пути по ней увидели вдали реку. Возле неё, среди трёх холмов, покрытых дубравами, стоял очень красивый город. То был Чернигов. При Святославе им управлял некий Ратибор, пьяница и бабник бессовестный. В честь прибытия князя и его воинов он устроил роскошный пир. Под конец застолья, когда уж стояла ночь, Ратибор позвал Святослава, Гийома, Рагдая и Калокира пойти за девками.
– А где девки? – спросил у него Гийом. Посадник сказал, что девки, собственно говоря, везде, потому что он их развёл в огромных количествах, будто кур.
– И я пойду с вами, – пробормотал Лидул, пытаясь подняться с лавки. Но он сейчас же грохнулся с неё на пол и захрапел на всю гридницу.
Покинув дворец, Ратибор и четверо приглашённых им побрели к окраине города. Девки, точно, слонялись толпами по всему Чернигову, несмотря на крепкий мороз. Лишь некоторым из них сопутствовали ребята. У входа в большой кабак стояли, занятые какой-то беседой, пухленькая блондинка в выдровой шубе и худенькая смуглянка в собольей. Обе они были изрядно навеселе.
– Не нас ли вы ждёте? – спросил у них Ратибор.
– Нет, не вас, не вас, – отвечала смуглая, не узнав, как видно, посадника. А её подруга прибавила:
– Но уж коли вас дождались, то давайте выпьем! В такой мороз всё равно, с кем пить.
– А вы почему в кабак не идете? – спросил Гийом.
– А нас в кабаки давно не пускают, – сказала светлая.
– Почему?
– Потому что не было случая, чтоб при нас в кабаке обошлось без драки.
– Если войдёте с нами, драки не будет, – заверил князь.
– Да, похоже на то, – согласилась смуглая, и обеим стало смешно. Светлая прибавила:
– Всё равно мы будем пить здесь.
Ратибор с Рагдаем, сбегав в кабак, вынесли оттуда большой жбан браги и семь ковшей. Немедленно выпив, все вмиг согрелись. Посадник, стуча ногой о другую ногу, спросил у девушек, здешние ли они. Девушки ответили утвердительно. Вслед за тем они пожелали выяснить имена своих собутыльников. Ратибор, дурачась, назвал себя Святославом, князя – Рагдаем, Гийома он переименовал в Иоанна, Калокир сделался у него Гийомом, Рагдай же стал Ратибором. Выслушав Ратибора, девушки разом вскрикнули:
– О!
А потом смуглянка что-то шепнула своей подруге, и обе прыснули. Рагдай понял – они, конечно, узнали и Ратибора, и Святослава, а может быть, и Гийома.
