— Ну, коротышка, твои неформатные фокусы не сработали. Может, в следующий раз просто бей, а не пиши, — буркнул он, доставая новую сигару. Лира подняла взгляд, её глаза были полны слёз, но в них мелькнула искра упрямства.
— Я… я пыталась. Но формат… он слишком сильный. Лес не даёт писать ничего, что не соответствует шаблонам. Но я не сдамся. Я должна найти способ, — прошептала она, её голос был слабым, но твёрдым. Макс только хмыкнул, отворачиваясь. Он не понимал её одержимости неформатом, но видел, что она не отступит, даже если страх сковывает её.
— Делай, что хочешь. Но если в следующий раз опять будешь ныть, я тебя сам в кусты зашвырну, как тот рояль,, — бросил он, оглядываясь по сторонам. Лес всё ещё был полон угроз.Шепчущий-шепот деревьев не исчез, а из глубины доносилось новое шуршание, будто другие штампы уже собирались для атаки. Макс понимал, что долго здесь не задержаться. Нужно было двигаться дальше, пока Критики или стражи не нашли их след.
— Куда дальше, коротышка? Не стой, как вкопанная. Эти уроды могут вернуться, — рявкнул он, перезаряжая обрез. Лира медленно поднялась, всё ещё сжимая сломанное перо, и указала на тропинку, уходящую в глубь леса.
— Там, дальше, есть поляна, где штампы реже появляются. Мы сможем переждать и… и я попробую снова написать. Я должна, — сказала она, её голос был полон решимости, несмотря на страх. Макс только закатил глаза, но не стал спорить. Он не знал, что ждёт впереди, но точно знал одно: этот мир, с его шаблонами и штампами, не сломает его. И если Лира хочет бороться за свой неформат, пусть борется. Но он не собирается быть её нянькой.
Они двинулись дальше, пробираясь через Леса Клише, где каждый шаг сопровождался шепчущим-шепотом банальных фраз и запахом старых книг. Шуршание в кустах становилось громче, а деревья, казалось, следили за ними, шепча: «Его путь только начинался…», «Тьма ждала впереди…». Макс сжимал обрез, готовый к новому бою, и чувствовал, как внутри закипает знакомая ярость. Он разнесёт любые шаблоны, которые этот лес попытается ему навязать. А Лира, несмотря на страх, держалась рядом, сжимая свой сломанный инструмент, будто он был её последней надеждой.
Макс «Бульдог» Стальнов, с хмурым взглядом и тяжёлым дыханием, вёл свою потрёпанную команду через последние заросли Лесов Клише. Его обрез «Критик» был наготове, а кастеты «Редактор» и «Корректор» холодно поблёскивали на кулаках, готовые к любому повороту событий. Лира, всё ещё не оправившаяся после недавних испытаний, крепко держала своё потускневшее перо, которое едва испускало слабый свет, освещая их путь. Остальные начписы, измотанные и настороженные, следовали за ними, их шаги были осторожными, а взгляды беспокойно блуждали по сторонам. В воздухе витал запах старых страниц, смешанный с чем-то сладковато-металлическим, намекающим на близость нового, неизведанного места.
— Чёрт, этот пискающий цензор уже достал. Больше ни слова, которое его вызовет, — проворчал Макс, сплёвывая на землю и растирая шею. Он решил держать язык за зубами, чтобы не слышать этот раздражающий звук, который сопровождал каждую его резкую фразу. — Эй, малышка, куда мы теперь? Надеюсь, не в очередную ловушку.
Лира, не поднимая глаз, указала на еле заметную тропу, ведущую к открытой местности впереди. Её голос был тихим, но в нём сквозила твёрдость, несмотря на усталость и тревогу, которые отражались на её бледном лице.
— Это путь к Рейтинговым рекам. Там течет магия Топов, питаемая вниманием читателей. Штампы туда не суются, и стражи редко появляются. Мы сможем передохнуть, но нужно быть начеку. У рек свои правила и свои хозяева, — объяснила она, стараясь держать перо так, чтобы его свет не погас.
Макс только фыркнул, перезаряжая своё оружие. Его лицо оставалось непроницаемым, а взгляд обшаривал окрестности в поисках малейшей угрозы. Он не особо верил в безопасные уголки этого странного мира, но после недавних передряг понимал, что передышка не помешает. Голоса стражей Черных Чернильниц всё ещё звучали в памяти, холодные и безжизненные, обещая стирание. Оставаться на месте было нельзя.
— Реки, значит? Надеюсь, там нет каких-нибудь водяных шаблонов, готовых вылезти с пафосными речами, — пробормотал он, доставая сигару и прикуривая её. Горький дым слегка притупил напряжение, но тело всё ещё было на взводе. — Веди, малышка. Только без сюрпризов, договорились?
Они продолжили путь, пробираясь через редкие кусты, пока деревья Лесов Клише не начали отступать, открывая вид на нечто совершенно новое. Воздух стал чище, но в нём появился странный привкус, напоминающий металл и электричество, а шёпот банальных фраз затих, сменившись едва слышимым гудением, похожим на тысячи голосов, бормочущих о популярности и успехе.