К Наин приблизились частицы, собранные в плотные комки, подобные камням. Она протянула руку, чтобы коснуться их. Ничего не ощутив физически, Наин наблюдала, как частицы опускаются вверх и вниз, колеблясь, и поняла, что это последние минуты жизни Кымок. Частицы внезапно впитались в землю. Ветер подул сильнее, и частицы пронеслись мимо, словно пыль, и вдруг начали падать, словно снежинки. Наин попыталась поймать их на ладонь, но снова ничего не почувствовала: частицы не были ни холодными, ни теплыми. Вокруг воцарилась тишина, слышался только хруст снега под ногами. Рядом с исчезнувшими в земле останками Кымок кто-то стоял. Этот человек привязал что-то к ветке дерева, затем опустил на землю принесенные вещи.
– Я не слишком поздно? Тебе тут, наверное, одиноко. Прости меня. – Слова растворились в воздухе, смешиваясь со снегом и оседая на землю.
Земля опять содрогнулась. У Наин перед глазами все помутнело. Казалось, опустился туман, но это частицы заполнили собой пространство. Звуки смешались так, что их стало невозможно различить. Наин покачнулась. Перед ней промелькнули образы: человек с ветвями, растущими из головы, тигр с двумя лицами, птица с руками, олень размером с медведя. Плач детей, звуки работающего экскаватора, автомобильные сигналы, шум вертолетных пропеллеров, а также шорох дождя и гром переплелись в хаосе. Это был крик, издать который готовились долгие годы, звуки и образы, увиденные и услышанные на одном месте за тысячелетия. Наин снова стало плохо, живот скрутило, она зажала рот руками. Она лежала не шевелясь, но земля под ней двигалась, и ее тело словно каталось в разные стороны. Все ощущалось совсем иначе, чем когда она разговаривала с Кымок. Наин хотела, чтобы это прекратилось. Если это сон, она хотела бы проснуться, если наваждение – ударить себя по щеке. Но не могла. Слишком многое было на кону, и неизвестно, когда она сможет добиться этого состояния снова.
Наин крепко сжала листья, которые попались ей под руку. Казалось, что тело тянет вниз, как если бы она падала с обрыва. Она собрала последние силы и взмолилась. Она надеялась, что растения смогут услышать ее мысли, как она слышала их голоса. Она хотела знать, что произошло в тот день, девятого июля, два года назад.
Внезапно вокруг воцарилась тишина. Наин подумала, что стихли все крики, но это было не так. Всякие звуки исчезли, даже самые тихие, словно их полностью заглушили, однако в этой абсолютной тишине она слышала слабый звон в ушах. Неужели все кончилось так? Она ничего не узнала, лишь получила ужасную тошноту, которую не хотела бы ощутить когда-либо еще. Черт. Наин попыталась подавить поднимающееся изнутри раздражение и чувство несправедливости, когда вдруг в тишине раздался отчетливый голос:
– Почему ты так поздно? Мы ждали тебя целую вечность.
Наин подняла голову. Частицы, собравшиеся вместе, сформировали из линий легко узнаваемые очертания деревьев, камней, цветов и листьев. Наин могла ясно различить их. На камне сидели три фигуры. Вероятно, Квон Тохён, Сон Уджун и Ким Минхо. А перед ними стоял человек, – скорее всего, Пак Вону. Несмотря на то что Наин знала, что это всего лишь реконструкция, она затаила дыхание.
– Черт возьми, ты опоздал на полчаса. Даже извиниться не хочешь? Мы тут замерзли, пока тебя ждали.
– Что ты несешь, дурак, замерзли летом? Если холодно, разведи костер.
Пак Вону стоял перед ними, а Сон Уджун и Ким Минхо переговаривались между собой. Их смех и оскорбления летели в Пак Вону, будто камни, и падали на землю.
– Принес деньги?
Пак Вону не сказал ни слова. Но Ким Минхо, казалось, услышал в этом ответ и заговорил снова:
– Эй, мы тебя позвали, чтобы ты занял нам денег. Думал, мы хотели с тобой просто потусить? Ну ты даешь!
Слова Ким Минхо были пропитаны насмешкой. Он поднялся и слегка постучал по голове Пак Вону, и звук от каждого удара разлетался в пространстве, словно капли крови. В этот момент заговорил Сон Уджун:
– Чем ты занимался? Опять искал этих своих инопланетян? На этот раз они тебе ответили? Встретиться хотят?
– О, я тоже хочу увидеть инопланетян! Эй, не будь жмотом, возьми нас с собой. Мне тоже хочется похвастаться.
Ким Минхо захохотал, поддерживая Сон Уджуна. Пак Вону не ответил, и тогда Квон Тохён, сидевший внизу и до сих пор молчавший, сказал Сон Уджуну и Ким Минхо оставить их на пару минут.
– Почему вы вдвоем снова разговариваете без нас? – с наигранной обидой загнусавили Ким Минхо и Сон Уджун. – Считаете себя лучшими друзьями? Мы тоже хотим дружить с Вону!
– Я быстро поговорю и догоню вас, так что идите вперед, – ответил Квон Тохён.
Сон Уджун хотел что-то добавить, но Ким Минхо схватил его за руку и увел. Теперь в кадре остались только двое. Пак Вону стоял неподвижно, словно растение, вцепившееся корнями в землю. Его лица было не разглядеть, и он до сих пор не двигался, ни одним пальцем не шевельнул. Возможно, он привык к таким ситуациям.
Когда они остались вдвоем, Пак Вону наконец заговорил:
– Почему ты меня позвал?
