- Дед, какая патетическая речь! У меня достойный пример перед глазами – где твои два сына и дочь?! Тебе скрепя сердце пришлось отдать власть ублюдку, и после этого ты так ценишь каждую каплю моей крови? Ты же отлично знаешь, что я вообще не собираюсь иметь дела в постели – ни с женщиной, ни с мужчиной! Я, знаешь ли, потерял к этому интерес, так и не распробовав толком. А теперь ты хочешь от меня многочисленное потомство и сватаешь меня женщине, которой я буду бесполезен?
- Ты стал жесток, – с горечью заметил Имлар, – или ты так защищаешься? Это плохой способ. Если ты меня так ненавидишь, лучше сразу бей, чем так говорить. Ты не прав. Ты знаешь разницу между политическим браком и обычным? Нет? Тогда я тебе поясню наглядно. Арриера тоже отлично знает, что за судьба ее ждет, и ей тяжелее, потому что она женщина, разменная монета между государствами. Ваша задача – дети. А вы можете делать потом, что хотите, особенно ты, но в рамках приличий, конечно. И в постели вам надо будет думать не об удовольствии – а о результатах. Никто не ждет от вас пламенной страсти. Мы не смертные, которые ловят каждый миг. Ты хоть подумай – что нам даст этот брак!
- А что же ты сам на ней не женишься, дед? Ты вдовец, твоя жена ушла от тебя. – Киано уже успокоился.
- Потому что надежда и государь – это ты! От меня уже никто ничего не ждет, от идиота Имлара, да, ты правильно подумал, Фиорина я вижу насквозь. Мы с ним слишком хорошо знаем друг друга. И от тебя ждут новой династии. Да ты бы хоть портрет посмотрел!
Имлар потянулся к столу, взял портрет, развернул ткань.
- Разве она не прекрасна?
Киано нехотя взглянул на портрет. Прекрасна – это было слабо сказано. Обычно он мало обращал внимания на женщин и их красоту, но тут обмер от восхищения. Арриера была действительно северной королевной - надменное прекрасное лицо с огромными голубыми глазами, холодными и строгими, белоснежная, словно горный снег, кожа, и белые волосы – как будто метель. Снежная королева.
- Красивая. Но это будет смешно, дед – я, кажется, ниже ее ростом. Мы слишком разные – она похожа на северную богиню, а я волк. Я буду похож на южного торговца возле дородной горянки! Вай, вай, вай, красавица, покупай шаль!
- Прекрати. Не прибедняйся, Киано, это действительно смешно, про твою красоту слагают песни. Я их наслушался даже на Гранях. Вы будете чудесны.
- А что скажет отец? Его это тоже касается, я все-таки еще и принц Волчьего Леса.
- Ты сейчас удивишься, но он согласен. Тэрран хоть и ненавидит меня, но он умудрен опытом и понимает, как тебе необходим этот брак. Он хотел поговорить с тобой, но я опередил его, я вижу, что ты в раздумьях.
- И решил помочь?
- Как могу! И, Киано, еще: твоя официальная коронация через месяц, Арриера приедет с отцом! Они ждут согласия!
- Я подумаю.
Киано хлопнул дверью в покоях так, что зазвенели стекла. Ильменас вздрогнул, выронив бумаги:
- Что случилось, государь? На вас лица нет!
- Лучше бы его действительно на мне не было! Тогда всем было бы легче! Можешь поздравить меня - я женюсь! Вина дай!
Ему пришлось согласиться, ибо за неделю до коронации армия Инъямина полностью сожгла город в двухстах милях от границы с темными землями. И другого выхода не было – страна была слаба.
Тэрран и Тиннэх стояли в торжественной зале, слушая слова клятвы нового государя Запада – Кианоайре Тэрраниона. Государь держал меч Запада в руках и приносил клятву верности своему народу, а рядом с ним стояла его невеста – ледяная красавица Арриера. Все дни торжества волчий князь вел себя согласно протокола, и лишь при въезде в родные земли, остановив коня у священного камня, промолвил:
- Мне нет прощения. Но он либо изменит мир, либо умрет. В любом случае, его запомнят!
3 часть. ЗИМА И ЛЕТО
Глава 1
Личный дневник Арриеры, королевы Запада.
Как быстро бегут годы… даже нам, бессмертным, это заметно. Казалось бы, еще совсем недавно я приехала в сверкающую столицу Запада, северной княжной, невестой жениха, которого не знала доселе. Меня поразило великолепие города – даже сейчас я помню все, как вчера. Правду говорили на всех землях, что краше эльфийской столицы светлых нет ничего. Ее так и зовут – Столица. По сравнению с нашим деревянным городком она словно была из тех, потерянных земель. Меня восхищало все: шпили башен, стремящиеся к небесам, разноцветный мрамор улиц и набережных, чудесные яркие фонари, которые зажигали по вечерам, роскошные сады. За столько лет я должна была привыкнуть к этому городу, но все равно он не перестает удивлять меня. Впрочем, как и все на Западе.
