Но был еще один человек, который отнесся ко всему произошедшему прямо противоположно. Мэлу не нужно было покаяние Лена, чтобы догадаться обо всем произошедшем. В отличие от Ордена и Управления, он знал, у кого был зуб на Деризу и кто не обладал высокими моральными принципами. Их последний неприятный разговор произошел в доме Милы, куда Мэл примчался вечером в день убийства Деризы. Дель, Лен и Мила традиционно сидели на кухне, и эльфийка под ехидные комментарии лиса читала Рестанийского вестника.
— Я знаю, что это вы сделали!
— И тебе привет, — с легкой насмешкой ответил Лен, разглядывая стоящего в дверях кухни друга. Голубые глаза полыхают, выражение лица — хоть сейчас на картину. Еще бы меч добавить и в латы обрядить, будет настоящий воин Света.
Мила опустила газету и окинула его надменно-вопросительным взглядом: эльфийка не собиралась прощать человеку хамство и глупость. Она готова была смириться с некоторым недостатками друзей любимого, но у всего должен предел. По мнению Милы Мэл сейчас в очередной раз его перешел. Дель же почти не отреагировал на шумное появление друга. Последние недели он ходил как в воду опущенный. Нет, он не ныл, не жаловался и не плакал на плече у Лена, но взгляд его серых глаз теперь всегда был немного грустным, из него ушел тот свет, который мог растопить ледяные сердца друзей и примирить их в любой ситуации.
— Не притворяйся, Лен, — с чувством произнес Мэл, шагая в кухню. — Ты можешь лгать отцу и дурить окружающих, но я знаю правду. Это ты убил ее.
— Кого? — лениво поинтересовался Лен, подпирая голову рукой и скучающим взглядом рассматривая бушующего друга.
— Деризу Керпетт!
— А, ее.
— Да, ее, Лен.
— Не, я ее не убивал, — чем больше распалялся Мэл, тем спокойнее реагировал Лен.
— Значит твоя эльфийка!
Оранжевые глаза на мгновение сузились, показывая, что слова друга зацепили его.
— И Мила тоже не убивала, — оставаясь внешне невозмутимым, ответил Лен.
— Не ври мне! У нее руки по локоть в крови, ее ничего не остановит перед убийством невинной девушки! А еще светлая эльфийка! Она должна быть нашей сестрой по вере в Свет, а она… — Мэл махнул рукой.
Градус патетики начинал бесить Лена, да и Мила тоже не была рада обсуждению собственной персоны.
— Что-нибудь еще расскажите, господин Остерфальд? — холодно поинтересовалась она. — Что я еще
Однако Мэл не обратил на нее внимание, словно ее вовсе здесь не было. Он обращался только к Лену.
— Ты не видишь разве, что она творит с вами? Лен, ты ведь не такой, не убийца! С тех пор, как она появилась, ты изменился. Посмотри на себя, на нас, Лен! Вокруг нас смерть! Она…
— Еще слово… — Лен взвился из-за стола быстрее урагана.
— Вы забываетесь, господин Остерфальд, — отчеканила Мила, даже не сдвинувшись с места. — Вы находитесь в моем доме и разговариваете со мной —
Мэл бросил на нее высокомерный взгляд — так смотрит человек на бродячую собаку:
— Леди? Не вижу здесь леди.
Милу всегда поражало, как субтильный Лен ухитряется на равных драться с такими шкафами, как Мэл и Реб. Однако сейчас он вполне успешно справлялся с защитой чести своей возлюбленной. Миле осталась роль молчаливого наблюдателя, да и Деля она не пустила их разнимать. Пусть лучше на кулаках выясняют отношения, чем ругаются. Только когда они чуть не снесли столик в холле, девушка решила вмешаться. Подхватив вазу, целостность которой только что подверглась нешуточной угрозе, она вытащила из нее букет и выплеснула холодную воду на драчунов.
— Мила, проклятье! — зашипел Лен, вскакивая и тряся головой, как собака.
Мэл тоже поднялся, вода ручьями стекала по соломенным волосам, но взгляд все также горел огнем.
— Смотри, на что она тебя толкает!
Мила застыла с пустой вазой в одной руке и букетом полевых цветов (подарок Деля) — в другой: она не очень поняла, что она опять успела сделать не так.
— Ты готов драться с другом.
— Ну, пожалуй, мы и без леди Амелии готовы друг друга метелить, — заметил Ребор, входя в холл. За ним следовала Соня. У обоих руки были заняты: у дракона — тремя бутылками выпивки, у дриады — коробкой печенья и мясным рулетом, который уже начал протекать через газету. — Дай только повод. А тебя, Мэл, хочется бить и без повода.
— Что ты прицепился к Миле⁈ — зло спросил Лен, продолжая отряхиваться. Холодная воды капельками падала с волос за шиворот, стекая по спине до поясницы и доставляя не самые приятные ощущения, а из рассеченной губы капала кровь.
— Потому что она влияет на тебя!
— Я сам принимаю решения, Мила здесь ни при чем. Просто жизнь не всегда делится на черное и белое, Мэл.
— Я заметил, — с горькой иронией произнес Мэл. — И мне не нравится, что происходит.
— Не нравится? Что именно?
— Все!
