Написанное остается полностью

С к о р и н а. А почему бы людям и не знать, что пишется в Библии?

Е п и с к о п. Потому, что Библия слишком твердый орешек для мирян и понимание ее требует посредничества церкви.

С к о р и н а. Посредничество не потребуется, если простые люди сами овладеют книжной премудростью.

И н к в и з и т о р. Тайны религии не должны быть доступны всякому, требует папа, а только тем, кто может их понимать так, чтобы вера не пострадала от этого.

С к о р и н а. И вы, и ваш папа боитесь, как бы Библия не попала в руки простых людей. Им же сразу бросится в глаза несоответствие между тем, что проповедовал Христос и что делаете вы в своих церквах и таких вот застенках!

И н к в и з и т о р (квалификатору). Назовите другие преступления еретика.

К в а л и ф и к а т о р. Их много, святой отец. Но основное заключается в утверждении, что якобы книги Библии не святыми пророками созданы, а «наипервей, — как он пишет, — от летописцев пописаны есть».

И н к в и з и т о р. Отрекаетесь ли от ереси сей?

С к о р и н а. Нет, ибо то истина!

К в а л и ф и к а т о р. Еретик ставит под сомнение создание господом вселенной из ничего. Он утверждает, что из ничего ничто быть не может.

И н к в и з и т о р. Отрекаетесь ли от ереси сей?

С к о р и н а. Не утверждаю, но и не отрекаюсь. Загадка сия суть над разумом человеческим.

К в а л и ф и к а т о р. Еретик в своих писаниях цитирует царей, державцев, философов и в то же время даже не упоминает отцов церкви.

С к о р и н а. Признаю этот грех, хотя и не раскаиваюсь.

К в а л и ф и к а т о р. Заповеди господние подаются еретиком не в установленной последовательности.

И н к в и з и т о р. Отрекаетесь ли от ереси сей?

С к о р и н а. Не вижу греха, ибо все заповеди перечислены. Ничего же, к примеру, не изменится, если кто-то из вас поменяется местами, скажем, с палачом.

К в а л и ф и к а т о р. Еретик проповедует: равная свобода всем, общее имение всех. Он утверждает, — цитирую, — что господь бог на добрых и на праведных напускает беды и немощи, а злым и несправедливым дает счастье и здравие.

И н к в и з и т о р. Отрекаетесь ли от ереси сей?

С к о р и н а. А разве то, что я с другом моим оказались перед судом вашим, не подтверждает моей мысли?

К в а л и ф и к а т о р. Требования еретика отречения от богатств звучат обвинениями церкви и светской власти.

С к о р и н а. Единственное богатство признаю я: чинити добрые дела и в них богатитися.

И н к в и з и т о р. Почему вы стали доктором медицины, если Краковский университет готовил вас для служения богу и церкви?

С к о р и н а. Я решил послужить еще и людям. С чего лучше мы можем начать, как не с нашей общей прародительницы природы, — подсказал мне Цицерон.

Появляется  н у н ц и й  и садится в стороне.

Е п и с к о п. Вы поганите храм природы. Вы идете за дьяволом, доктор!

С к о р и н а. Я иду за Галеном и Авиценной. Храм природы — мой храм и моя лаборатория.

С е н а т о р. Он хочет сказать — трупярня, где расчленяет покойников.

С к о р и н а. Перед сожжением своих жертв на костре вы расчленяете их живыми.

С е н а т о р. Мы делаем это, чтобы после смерти душа еретика не воссоединилась с телом его. А вот вы по какой надобности режете трупы и копаетесь в утробе покойников? Интересно, что вы там ищете?

С к о р и н а. Я выясняю, может ли то, что находится у человека в голове, при случае меняться местами с тем, чем наполнена его утроба.

С е н а т о р (с издевкой). Ну и как?

С к о р и н а. Судя по вашему вопросу, может.

Нунций взрывается хохотом. Его поддерживают и другие.

Н у н ц и й. Браво, доктор!

Причина смеха доходит и до сенатора.

С е н а т о р (истерично). Я требую позвать палача! Мои уши устали слушать издевательства и богохульства этого мерзавца! (Подавился, кашляет.)

Н у н ц и й (к членам судилища). Оставьте мне еретика, а сами подкрепитесь чем бог послал. Сенатора я бы оставил без обеда.

С е н а т о р. А почему вы так решили?

Н у н ц и й. Чтобы не случилось перемещения… Пускай уж лучше будет пусто и тут (трогает за лысину), и в утробе. (Хохочет.)

Все выходят.

Итак, доктор, вы хотите стать святым мучеником? Вы мечтаете о терновом венце? Вы ищете славы?

С к о р и н а. Я хочу счастья своему народу. И хочу, чтобы оно пришло к нему не через костры и виселицы, а через просвещение, науку и мудрость. Моя мечта — общество справедливости, в котором господствуют мир, согласие и законность. Глубоко убежден, что место человека под солнцем должно определяться не его родовитостью и вероисповеданием, но разумом, энергией, знанием и желанием быть полезным общему делу. Я ищу гармонии и совершенства в человеке, обществе, в мире. Я верю в человека, верю в его доброе, разумное начало, ибо мудрость и разум его есть мать всех добрых дел и учитель всякому доброму умению. Долг людей просвещенных — объединить мудрость Аристотеля с житейской мудростью.