Согласно ст. 2 прелиминариев, Англия возвращала Франции, Испании и Голландии почти все территории, захваченные ею с 1793 года, то есть Капскую колонию, Голландскую Гвиану, Тобаго, Мартинику, Сент-Люсию, Менорку и Пондишери, и оставляла за собой лишь Тринидад и Цейлон. Ст. 4 определяла, что Англия в течение месяца возвратит Мальту иоаннитам, которых третья сторона возьмет под протекцию до заключения окончательного договора (стран-гарантов в итоге оказалось шесть). Ст. 5 возвращала Османской империи суверенитет над Египтом. Ст. 7 обязывала Францию вывести войска из Неаполитанского королевства и Папской области, а Англию – с острова Эльба, «всех портов и островов, которые она может занимать в Средиземном и Адриатическом морях». Другие статьи, менее примечательные, касались Ионических островов, обмена пленными и рыбного промысла у Ньюфаундленда{1050}.
Наполеон сумел вырвать у англичан заметные уступки благодаря их желанию мира, которое за девять военных лет дошло почти до отчаяния из-за расстройства торговли с Европой. Договор был великим достижением дипломатии, ведь французам после поражения Мену (о котором англичане узнали 2 октября – лишь через день после подписания договора) все равно пришлось бы оставить Египет. Франция вернула себе все заморские колонии, уступив взамен части Италии, которые Наполеон из-за давления России (она сохраняла интересы в Средиземноморье и еще в 1800 году держала войска в Швейцарии) и так отдал бы и которые он с легкостью смог бы себе вернуть в случае нужды. Все приобретения Англии почти за десятилетие войны и после 290 млн фунтов стерлингов расходов (более чем вдвое больше ее государственного долга) составили Тринидад и Цейлон, и прежде не принадлежавшие французам{1051}. При этом французские войска теперь стояли на Рейне, в Голландии и на северо-западе Италии. Франция распоряжалась в Швейцарии и оказывала влияние на своего союзника Испанию, и ни о чем из этого в договоре не упоминалось.
В Лондоне, однако, продолжали праздновать. Друг писал Генри Крэббу Робинсону:
Заключение мира – событие, вызвавшее такой взрыв радости, ничего подобного которому я прежде не видел. Облигации падали в цене, ожидание вторжения было повсеместным… Проявления восторга доходили почти до безумия. Во всем королевстве устроили иллюминацию… Рассказывают, что на улицах то и дело кричали: «Да здравствует Буонапарте!» ‹…› Воистину удивительно следить за тоном правительственных газет. «Корсиканский авантюрист», «безбожный авантюрист» теперь «благородный герой», «восстановитель общественного спокойствия» и т. д. и т. п., воплощение всех добродетелей. Это напоминает превращение в пьесе, когда дьявол вдруг оборачивается ангелом{1052}.
В августе 1801 года Наполеон подписал с Баварией договор о дружбе. 8 октября 1801 года был заключен мир с Россией, и более 6000 русских пленных были отпущены на родину с оружием и в новых мундирах. На следующий день Франция заключила мирный договор и с Турцией. Оба государства открывали порты друг для друга. В течение года Наполеон заключил мир с Австрией, Неаполитанским королевством, Турцией, Россией, Англией и французскими эмигрантами. К началу лета будущего года за ними последовала и Пруссия. 14 октября 63-летнего лорда Корнуоллиса (в 1781 году сдавшегося в Йорктауне Вашингтону) встретили в Кале с пушечным салютом и почетным караулом. Оттуда англичанин отправился сначала в Париж (где были организованы торжества и иллюминация[113]), а после в Амьен, чтобы обсудить детали договора с Жозефом и Талейраном{1053}. (Амьен выбрали из-за доброго предзнаменования: в этом городе в 1527 году заключили мирный договор Генрих VIII и Франциск I.)
