3 апреля Австрия формально объявила войну Франции и Баварии, а 6 апреля эрцгерцог Карл, хотя сам он считал это преждевременным, объявил об этом своим подданным[198]. Четыре дня спустя 127-тысячная австрийская армия форсировала Инн и вторглась в Баварию, но, вопреки расчетам Карла, войска из-за дурной погоды делали всего 10 километров в день и вышли к реке Изар лишь 15 апреля. В тот же день Австрия вторглась и в Великое герцогство Варшавское. Кампанию Бертье открыл очень неудачно. Он неверно понял распоряжения Наполеона и запаниковал, узнав, что австрийцы пошли в наступление на пять дней раньше, чем он рассчитывал. 14 апреля Бертье отправил корпус Даву вместо Аугсбурга к Регенсбургу и так распылил силы вдоль реки Лех: 52 300 солдат оказались к северу от нее и 68 700 – к югу, причем многие части находились слишком далеко друг от друга. Тем временем австрийцы сосредоточили крупные силы у Ландсхута. Спокойствие возвратилось в донаувертскую ставку лишь через пять дней, когда приехал Наполеон, извещенный 12 апреля по телеграфу о том, что австрийцы перешли Инн[199]. «Солдаты! – объявил он. – Я явился между вами со стремительностью орла»{1909}.
«Когда я приехал на театр военных действий, оказалось, что Бертье потерял голову», – позднее вспоминал Наполеон{1910}. Однако, явившись в Донауверт и узнав, насколько разбросаны войска, он увидел в наступлении австрийцев на Ландсхут одновременно и угрозу, и удобный случай: теперь корпуса могли двинуться на эрцгерцога Карла сразу с нескольких направлений. Массена и Удино получили приказ наступать на Ландсхут, чтобы угрожать неприятельским линиям сообщения. Вандам и Лефевр направились к Абенсбергу. Даву получил приказ присоединиться к главным силам армии, для чего требовался изнурительный 80-мильный марш-бросок, и оставил отряд под командованием своего кузена полковника Луи Кутара из солдат 65-го линейного полка удерживать мост в Регенсбурге. Перечисленные приказы имели настолько важное значение, что Наполеон передал их с четырьмя (вместо обычных трех каждый) адъютантами. Массена было поручено быстро выступить к Пфаффенхофену и атаковать неприятельский фланг, одновременно обезопасив базу обеспечения Аугсбург.
К 18 апреля австрийцы обнаружили, что они имеют перед собой усиливающегося противника, а не преследуют отступающего. Наполеон ехал в Ингольштадт вместе с Ланном, по пути ободряя свои германские части. Когда пленного полковника австрийского генштаба привели к Наполеону для допроса, тот отказался отвечать. Император сказал: «Не тревожьтесь, сударь, я и так все знаю» – и быстро и точно обозначил расположение всех противостоящих ему австрийских корпусов и даже полков. «С кем я имею честь говорить?» – спросил впечатленный австриец. «Император, – вспоминал Хлаповский, – поклонившись и прикоснувшись к шляпе, ответил: “Месье Бонапарт”»{1911}. (Полковник, вероятно, был удивительно ненаблюдательным человеком, поскольку, по словам Хлаповского, во время этой беседы проходящие мимо французские пехотинцы кричали: «Да здравствует император!»)
Тем вечером Наполеон в письме Массена объяснил, что эрцгерцог Карл «вышел из Ландсхута к Регенсбургу с тремя корпусами общей численностью до 80 000 человек. Даву, оставив Регенсбург, идет к Нойштадту… Враг погиб, если ваш корпус, выйдя перед рассветом к Пфаффенхофену, ударит эрцгерцогу Карлу в тыл. Таким образом, 18, 19 и 20 [апреля] все дела в Германии будут улажены». Наполеон собственноручно приписал: «Activité, activité, vitesse! Je me recommande à vous». («Активность, активность, быстрота! Я полагаюсь на вас»{1912}.) Массена в ответ пообещал идти, если потребуется, всю ночь и сдержал слово. Проявленные им в той кампании храбрость и стойкость удивительны. Эрцгерцог Карл, узнав, что Даву примерно с 30 000 солдат движется южнее Дуная, хотел разбить его корпус отдельно от французской армии, как Беннигсен рассчитывал разделаться с Ланном при Фридланде. Карл явно забыл, что тремя годами ранее при Ауэрштедте Даву справился своими силами.
На следующий день произошел первый в ту кампанию серьезный бой, и он задал тон остальным. У деревень Тойген и Хаузен (ниже по течению Дуная) Даву сумел уйти из-под удара Карла и успешно присоединиться к Наполеону. На холмистой местности под хмурым небом сошлись две армии, одинаково мало знавшие друг о друге. Австрийцы дрались вяло и неизобретательно, ветераны Даву умело маневрировали. Разбитые австрийцы отступили на восток, и Наполеон организовал преследование. В тот же день Лефевр победил в схватке у Арнхофена, а Луи-Пьер де Монбрен – при Шнайдхарте. Хотя Наполеон мог противопоставить всего 89 000 солдат 93 000 солдат эрцгерцога Карла, инициатива во многом принадлежала франко-баварским силам.
