Много позднее Наполеон вспоминал, что ненадолго задумался, не взять ли в жены парижанку. Он будто бы составил список из пяти-шести женщин, но при голосовании в Тюильри пятеро советников поддержали союз с Австрией, два – с Саксонией, а Фуше и Камбасерес продолжали настаивать на союзе с Россией. Наполеон подозревал, что Фуше и Камбасерес противились его женитьбе на австриячке лишь потому, что некогда проголосовали за казнь Марии-Антуанетты, тети Марии-Луизы. Камбасерес это отрицал. По его словам, он знал, что Наполеон обречен воевать с той страной, с которой не свяжет себя браком. Камбасерес «страшился похода на Санкт-Петербург сильнее, чем похода на Вену»{2026}.
Предпосылки к женитьбе Наполеона на Марии-Луизе не были удачными: ребенком она играла с его «свирепым чучелом», а в возрасте четырнадцати и восемнадцати лет ей пришлось бежать из дома, спасаясь от его войск. «Я жалею ту несчастную принцессу, на которую падет его выбор», – писала она, еще не догадываясь, что эта роль приуготовлена ей самой. Когда же это выяснилось, она написала: «Я вверяю свою судьбу Провидению» – и попросила подругу «молиться, чтобы этого не случилось»{2027}. Наполеона ситуация радовала гораздо больше. «Я очень был рад слышать, что Мария-Луиза красива», – вспоминал он{2028}. Но Мария-Луиза была более чем просто «красивой». По словам Лавалетта, она была «высокой, хорошо сложенной и в прекрасном здравии. Она обнаруживала… всю привлекательность и красоту, обыкновенно свойственные молодости», имела, «в отличие от остальной своей семьи, благожелательный вид, ее улыбка [была] любезна и ласкова»{2029}. В первом из 318 сохранившихся писем (написано рукой секретаря и отправлено из Рамбуйе 23 февраля 1810 года) Наполеон предлагает Марии-Луизе руку и сердце:
Дорогая кузина! Блестящие качества, которыми отличается ваша особа, внушили нам желание служить вам и почитать вас. Обращаясь к императору, вашему отцу, с просьбой вверить в наши руки счастье вашего императорского высочества, мы осмеливаемся надеяться, что вы благосклонно примете те чувства, которые побуждают нас к этому шагу. Можем ли мы льстить себя надеждой, что вы решитесь на этот союз не только из чувства долга и дочерней покорности? Если вы, ваше императорское высочество, имеете к нам лишь малейшую искру благосклонности, то мы будем старательно лелеять это чувство и поставим себе высшей задачей быть вам всегда и во всем приятным, для того чтобы однажды иметь счастье заслужить всю вашу любовь. Это составляет наше единственное стремление, и мы просим ваше императорское высочество быть к нам благосклонной[211]{2030}.
Вежливое предложение сорокалетнего мужчины восемнадцатилетней девушке. Два дня спустя Наполеон обратился к Марии-Луизе Ma Soeur [ «моя сестра»] в письме, написанном им уже собственноручно (и ужасным почерком), до женитьбы он называл ее «мадам», а впоследствии – «моя дорогая [ma chère] Луиза», «мой друг [ma bonne] Луиза» и так далее.
Бракосочетание новейшей и старейшей монархий континента не было простым делом. 11 марта Мария-Луиза вышла замуж за Наполеона по доверенности. На церемонии в венской церкви Капуциненкирхе (рядом с дворцом Хофбург) эрцгерцог Карл выступал в роли невесты, маршал Бертье – жениха. Когда архиепископ Бордо Фердинан-Максимильен Мериадек де Роган, занимавший старинную должность первого альмонария Франции, прислал Наполеону льстивое сверх меры письмо с поздравлениями по поводу свадьбы, император поручил Дюроку «уплатить первому альмонарию 12 000 франков
Наполеон подробнейше спланировал свою первую встречу с невестой во вторник 27 марта 1810 года, после заключения брака по доверенности, но прежде светской церемонии. Предполагалось, что они встретятся в шатре в 5 километрах от Суассона и он поклонится ей, а когда она в ответ начнет делать реверанс, он остановит ее. Однако шел дождь, и, кроме того, Наполеон сгорал от нетерпения. Поэтому он выехал вместе с Мюратом, чтобы перехватить карету Марии-Луизы еще до шатра, и им удалось это сделать перед церковью в Курселе.
