Наполеон: биография полностью

30 мая, в ходе сражения при Боргетто, Наполеон перешел реку Минчо и вынудил Больё отступать на север, к Тренто, по долине реки Адидже. Тогда же Наполеон, едва избежавший плена, распустил отряд эскорта и сформировал роту охраны главнокомандующего, из которой впоследствии сформировались части гвардейских конных егерей (Chasseurs à Cheval de la Garde) во главе с генералом Жаном-Батистом Бессьером, человеком хладнокровным и осторожным. После Боргетто император Франц сместил незадачливого Больё с поста командующего действующей армии (однако оставил его руководить обороной Мантуи) и назначил вместо него Дагоберта фон Вурмзера, еще одного семидесятилетнего старца, родом из Эльзаса. Вурмзер заявил о себе в Семилетнюю войну, которая закончилась за шесть лет до рождения Наполеона.

Ключом к австрийскому могуществу на севере Италии служили четыре крепости – «Четырехугольник»: Мантуя, Пескьера, Леньяго и Верона. Вместе они прикрывали подходы к альпийским перевалам на севере и востоке, а также к реке По и озеру Гарда. Наполеон предпочитал маневренную войну и избегал осад, но теперь у него не было выбора. Ему пришлось всего с 40 400 солдатами осаждать Мантую, защищать свои линии сообщения и удерживать линию Адидже. С июня 1796 по февраль 1797 года Мантуя находилась в осаде почти пять недель. Крепость, защищенная с трех сторон широким озером, а с четвертой – высокими и толстыми стенами, представляла собой грозное препятствие для любого завоевателя. Осажденных было гораздо больше, чем осаждавших, и австрийцы (по крайней мере, поначалу) выпускали вдвое больше ядер, чем французы. Но к началу июня Наполеон обеспечил армию (за счет Ломбардии и «контрибуций») настолько хорошо, что смог отправить в подарок Директории сто упряжных лошадей, чтобы «заменить никудышных, тянущих ваши кареты»{327}. Кроме того, Наполеон отправил в столицу столь необходимые там 2 млн франков золотом.

5 июня Наполеон встретился с французским послом в Тоскане Андре-Франсуа Мио де Мелито. Тот написал после этой встречи, что Наполеон

Мио де Мелито отметил, что, когда Наполеон отдавал приказания Мюрату, Жюно и Ланну, «все испытывали к нему чувство уважения и даже восхищения. Я не заметил между ним и его спутниками никаких признаков панибратства, сообразного с республиканским равноправием, отмеченных мною в других случаях. Он уже усвоил свое положение и держал других на расстоянии». Это не было случайностью. Уже в 27-летнем возрасте Наполеон пользовался помощью адъютантов, секретарей и домашней прислуги, чтобы ограничить свою доступность и подчеркнуть свое высокое положение. Для этого он выбрал в адъютанты (кроме Жюно, Мармона, Мюирона и Мюрата) еще поляка Йозефа Сулковского, капитана революционной армии, и Жерара Дюрока, офицера-артиллериста, доказавшего свою полезность как адъютант генерала Огюстена де Леспинаса. Много лет спустя Наполеон назвал Дюрока «единственным человеком, с которым он поддерживал близкие дружеские отношения и которому полностью доверял»{329}. Дюрок станет одним из очень немногих людей, кроме родственников Наполеона, обращавшихся к нему на «ты».

Директория настаивала, чтобы Наполеон шел на Неаполь, столицу Бурбонов, однако он понимал, что ввиду угрозы из Тироля поход на юг опасен, и поэтому он, как и в Кераско, игнорировал указания из Парижа. Наполеон приказал Мио де Мелито заключить с Неаполем перемирие. Это предполагало отзыв четырех кавалерийских полков с австрийской службы и исключение неаполитанских кораблей из английской эскадры, стоявшей в Ливорно. В противном случае Наполеон угрожал наступлением Итальянской армии на Неаполь. Неаполитанский уполномоченный князь Доменико Пиньятелли ди Бельмонте, когда ему пригрозили вторжением, подписал соглашение, предъявленное всего двумя часами ранее. Наполеон, к тому времени хотевший выставить Директорию в дурном свете, спросил Пиньятелли ди Бельмонте, действительно ли неаполитанец считает, что он «сражался за этих негодяев-адвокатов»{330}. Хотя Наполеон любил некоторых адвокатов и восхищался ими, он не выносил их в целом (а три из пяти директоров были бывшими адвокатами, один, Баррас, – бывший судья. Лишь у математика Карно не было юридического образования).