– Грязно играешь, Саша, – я смеюсь в ответ. – Ладно. Подгузники так подгузники.
– Юр, нам бы девушку ему найти хорошую, а то вы все уже с семьями, а он один остался.
– Хорошую?
– Да.
– Чтобы он ее испортил?
Я усмехаюсь. Понимаю намек.
– Может, он бы изменился.
– Как знать. Вика тут сильно хочет с ним познакомиться?
– Да? Вот и отлично, я только “за”.
Но вслух почему, не озвучиваю, чтобы не проиграть. Понятно, что подгузники и так придется чаще менять мне, но все же не хочется проиграть.
– Я подумаю, как это устроить.
– Юр, я еще хотела спросить. Я тут Роме сказала случайно, что Варвара, сестра Егора, выходит замуж в Англии.
– И что?
– Я в шутку сказала, мол, заедь, поздравь, а он напрягся как-то.
– А ты не знаешь?
– Что не знаю?
– Варька влюблена в него уже не знаю сколько. Прошлой зимой, когда ты начала встречаться с Ромой...
– Я с ним не встречалась.
– Он к тебе приезжал. Я видел.
– Я ему капельницы ставила. У него приступы были.
– Почему не в больнице?
– Ты же знаешь его и его отношение к крови. А так я отвлекала и не заостряла на этом внимание. В общем, у меня получаются профессиональные капельницы таким как он. Ты думал, что я с тобой рассталась и сразу с ним начала?
– Ну… были мысли. Что в отместку...
– Нет, конечно, Юра.
– Да? Черт. Надо было, конечно, поговорить с тобой. В общем, она зимой ко мне подходила и просила помирится с тобой, чтобы Рома не ездил к тебе. Она видела в тебе опасность, боялась, что он женится на тебе.
– Ты тоже так думал?
– Она была убедительна в доводах.
– Но ты не поговорил со мной.
– Не поговорил. Саш, я сейчас понимаю, что зря. Но… тогда не понимал.
– То есть Варе он нравится, а она ему нет.
– И она ему нравится, он ее ревнует дико. Я не знаю, как объяснить. Я просто знаю, когда он злится. А когда он смотрит на нее и она с кем-то, он именно злится, иногда может даже что-то назло ей сделать.
– Точно, я помню на свадьбе, мы с ним танцевали, так они друг друга чуть взглядами не подорвали. Я и забыла. Подумала, мне показалось.
– Не показалось. А теперь мне кажется, что он ее отталкивает из-за своих увлечений странных. Она же нам как младшая сестренка.
- Почему он не может это оставить ради нее?
-- Я не знаю.
- Вот я дура, прям в лоб ему вывалила, что она замуж выходит. Как бы глупостей не наделал. Может, тебе с ним поговорить? Ну, вы мужчины, вам проще. Он послушает тебя.
– Мне не проще. Любые попытки поговорить о ней, он сразу пресекал, чтобы не лезли к нему.
– И давно это у них?
– Варя, мне кажется, лет с тринадцати смотрела на него, как на божество. Ну, а так, по моим наблюдениям лет пять, как это началось.
– Капец. Тогда надо их помирить как-то и разобраться.
– Саш, ты сама сказала, что Варя замуж собирается. Зачем лезть?
– Мне хочется, чтобы у него все было хорошо.
– Мне тоже этого хочется, Саша, но он не будет никого слушать.
– Тогда с Викторией.
– Я уже не уверен, что и Вика хорошая идея.
– Почему?
– Предчувствие. Скажи лучше, Сара приехала?
– Написала, что уже подъезжает. Еще что-то новенькое?
– Я договорился с отцом той девушки завтра встретиться и поговорить насчет его дочери.
– Волнуешься?
– Нет, - усмехается, – чего мне волноваться? Я просто для себя должен понять, что мне делать дальше.
– Расскажешь мне потом?
– Конечно, завтра после работы с ним встречусь, потом к тебе, останусь ночевать и расскажу все.
– Буду ждать.
– Юра, проходи, – Варин отец, Александр, пропускает меня в квартиру. – Поужинаешь с нами?
Я бы с удовольствием, но не в этой ситуации. Я сейчас всем аппетит испорчу. Даже немного совестно, потому что они всегда ко мне относились хорошо, что когда детьми были, что сейчас.
– Спасибо, я не голоден.
Прохожу в просторную кухню. Здороваюсь с Анной Дмитриевной, мамой Егора, сажусь за стол. Они и не догадываются, с чем я к ним. Но лучше я, чем кто-то посторонний.
– Юра, поздравляю с рождением дочерей.
– Спасибо, Анна Дмитриевна, – киваю сдержанно, но приятно ее внимание.
Подбираю слова, с чего начать.
За окном еще светло, солнце отражается в стеклах дома напротив. Где-то там Егор нашел свою жену. Вот так жили рядом и не знали друг о друге.
– Что-то случилось? – спрашивает Александр и садится за стол.
– Нет, но мне надо с вами поговорить. Анна Дмитриевна, вы тоже присядьте.
Мама Егора ставит перед супругом тарелку с едой.
– Точно не хочешь есть? – обращается ко мне, но я отрицательно качаю головой.
Как-то даже совестно портить им аппетит.
– Александр Иванович, вы знали Евгения Комарова?
Я тонко улавливаю замешательство на его лице и мгновенную собранность.
– Не припомню, кто-то из пациентов?
Зато Анна Дмитриевна так шумно теребит в руках салфетку, что выдает свое волнение.
– Вы учились с ним вместе, первый-второй курс.
Он выдыхает. Молча смотрит мне в глаза. Считывает там то, что я хочу сказать. Он догадывается, о ком я говорю, и на что намекаю.
– Саш, – Анна Дмитриевна, закрывает ладонью рот, сдерживая подкатывающую истерику, хотя я еще даже ничего не начал говорить.
– Юра, зачем лезешь не в свое дело?
– Это очень сложная ситуация, поэтому я пришел сначала к вам.
