Тем временем в провинции Гандхара на северо-западе Индии под покровительством кушанских царей развивался другой тип скульптуры. Эта загадочная династия, внезапно пришедшая с севера — возможно, из эллинизированной Бактрии, — принесла с собой тенденцию к подражанию греческим формам. Буддизм Махаяны, захвативший совет Канишки, открыл путь, отменив запрет на изображения. Под руководством греческих наставников индуистская скульптура на время приобрела гладкий эллинистический облик; Будда был преобразован в подобие Аполлона и стал претендентом на Олимп; драпировки стали струиться по индуистским божествам и святым в стиле фронтонов Фидия, а благочестивые бодхисатвы терлись локтями с веселыми пьяницами Силенами.43 Идеализированные и почти женоподобные изображения Мастера и его учеников компенсировались ужасными примерами декадентского греческого реализма, такими как голодающий Будда из Лахора, в котором каждое ребро и сухожилие показано под женским лицом с женской прической и мужской бородой.44 Это греко-буддийское искусство произвело впечатление на Юань Чвана, и через него и более поздних паломников оно попало в Китай, Корею и Японию;45 Но оно не оказало большого влияния на скульптурные формы и методы самой Индии. Когда после нескольких веков процветания гандхарская школа канула в Лету, индийское искусство вновь ожило при индуистских правителях, подхватило традиции, оставленные местными художниками Бхархута, Амаравати и Матхуры, и не обратило особого внимания на греческую интермедию в Гандхаре.
Скульптура, как и почти все остальное в Индии, процветала при Гуптах. Буддизм уже забыл о своей враждебности к изображениям, а возрожденный брахманизм поощрял символизм и украшение религии любым искусством. В музее Матхуры хранится высоко отделанный каменный Будда с медитативными глазами, чувственными губами, слишком изящной формой и неуклюжими кубистическими ступнями. В музее Сарнатха находится другой каменный Будда, в сидячей позе, которой суждено было стать доминирующей в буддийской скульптуре; здесь прекрасно раскрыт эффект мирного созерцания и благочестивой доброты. В Карачи находится маленький бронзовый Брахма, скандально похожий на Вольтера.46
Повсюду в Индии за тысячелетие до прихода мусульман искусство скульптора, хотя и ограниченное, но вдохновленное подчинением архитектуре и религии, создавало шедевры. Красивая статуя Вишну из Султанпура,47 тонко высеченная статуя Падмапани,48 гигантский трехликий Шива (обычно называемый «Тримурти»), высеченный в глубоком рельефе в пещерах Элефанты,49 почти Праксительская каменная статуя, которой поклоняются в Ноккасе как богине Рукмини,50 грациозный танцующий Шива, или Натараджа, отлитый из бронзы чольскими мастерами-ремесленниками из Танджоре,51 прекрасный каменный олень из Мамаллапурама,52 и красавец Шива из Перура53- вот свидетельства распространения искусства резчика во всех провинциях Индии.
Те же мотивы и методы пересекли границы собственно Индии и породили шедевры от Туркестана и Камбоджи до Явы и Цейлона. Примером может служить каменная голова мальчика, выкопанная из песков Хотана экспедицией сэра Аурела Стейна;54 голова Будды из Сиама;55 египетская изящная «Харихара» из Камбоджи;56 великолепные бронзы Явы;57 гандхароподобная голова Шивы из Прамбанама;58 в высшей степени прекрасная женская фигура («Праджнапарамита»), хранящаяся в Лейденском музее; совершенный Бодхисаттва в Глиптотеке в Копенгагене;59 спокойный и могущественный Будда,60 и тонко высеченный Авалокитешвара («Господь, который с жалостью взирает на всех людей»),61 оба из великого яванского храма Боробудур; или массивный примитивный Будда,62 и прекрасный порог из «лунного камня»,63 из Анурадхапуры на Цейлоне. Этот скучный список произведений, которые, должно быть, стоили крови многих людей на протяжении многих веков, позволяет судить о влиянии индуистского гения на культурные колонии Индии.
