Однако такое сооружение, подобно пирамидам, представляло собой грандиозное произведение искусства и должно было стоить пота и крови многих людей. Либо гильдии, либо мастера никогда не уставали, потому что они разбросали по всем провинциям южной Индии гигантские святилища, настолько многочисленные, что недоумевающий студент или путешественник теряет их индивидуальные качества в сумме их количества и мощи. В Паттадакале царица Локамахадеви, одна из жен чалукского царя Викрамадитьи II, посвятила Шиве храм Вирупакша, который занимает одно из первых мест среди великих фанатов Индии.104 В Танджоре, к югу от Мадраса, чольский царь Раджараджа Великий, завоевав всю южную Индию и Цейлон, поделился с Шивой своими трофеями, воздвигнув для него величественный храм, призванный олицетворять генеративный символ бога.*105 Недалеко от Тричинополи, к западу от Танджора, почитатели Вишну возвели на возвышенности храм Шри Рангам, отличительной особенностью которого был многоярусный мандапам в виде «Зала тысячи колонн», каждая колонна — отдельный блок гранита, искусно вырезанный; Индусские ремесленники еще достраивали храм, когда их рассеяли, а их труды закончились под пулями французов и англичан, сражавшихся за обладание Индией.106 Неподалеку, в Мадуре, братья Мутту и Тирумала Найяк возвели для Шивы просторное святилище с Залом тысячи колонн, Священным резервуаром и десятью гопурами, или воротами, четыре из которых возвышаются на огромную высоту и вырезаны в дикой природе статуй. Эти сооружения вместе составляют одну из самых впечатляющих достопримечательностей Индии; по таким фрагментарным свидетельствам мы можем судить о богатой и просторной архитектуре виджаянагарских царей. Наконец, в Рамешвараме, среди архипелага островов, проложивших «Адамов мост» из Индии на Цейлон, брахманы юга на протяжении пяти веков (1200–1769 гг. н. э.) храм, периметр которого был украшен самым внушительным из всех коридоров или портиков — четыре тысячи футов двойных колоннад, изысканно вырезанных и предназначенных для того, чтобы давать прохладную тень и вдохновляющие виды на солнце и море миллионам паломников, которые и по сей день добираются из далеких городов, чтобы возложить свои надежды и горести на колени беспечных богов.
Тем временем индийское искусство сопровождало индийскую религию через проливы и границы на Цейлоне, Яве, в Камбодже, Сиаме, Бирме, Тибете, Хотане, Туркестане, Монголии, Китае, Корее и Японии; «в Азии все дороги ведут из Индии».107 Индусы из долины Ганга заселили Цейлон в пятом веке до нашей эры; Ашока, двести лет спустя, послал сына и дочь обратить население в буддизм; и хотя кишащему острову пришлось пятнадцать веков бороться с тамильскими нашествиями, он сохранил богатую культуру, пока в 1815 году его не захватили англичане.
Сингальское искусство началось с дагоба — купольных святилищ, подобных ступам буддийского севера; оно перешло к великим храмам, подобным тем, руины которых отмечают древнюю столицу Анурадхапуру; оно создало некоторые из лучших статуй Будды,108 и большое разнообразие предметов искусства; и он закончился, когда последний великий цейлонский король Кирти Шри Раджа Сингха построил «Храм зуба» в Канди. Потеря независимости привела к упадку высших классов, а покровительство и вкус, которые служили необходимым стимулом и сдерживающим фактором для художника, исчезли с Цейлона.109
