— Надо спешить. Бросаем все дела и готовим страшилище. Череп и Чер идут в степи и охотятся на все и всех, с кого можно снять шкуру. Всем женщинам — сшивать имеющиеся и мастерить морду зверя. Ульдэ — идти к поселку и следить за тем, чтобы ни один из подонков не вышел в нашем направлении… Не убивать, но мы должны знать о них раньше, чем они сумеют приблизиться к форту. Я и Сова тоже пойдем в поселок, на встречу с Доком, и, заодно, на разведку. Тем, кто остается — нелегкая задача… Вы должны отнести макет зверя, причем, возле самого поселка управлять им станут только девушки. Бугай и Стопарь — на вас вся основная тяжесть! Сыграете роль самих себя… и нас, в том числе. Возможно, мы не встретимся до тех пор, пока это не понадобится, но в этом и нет нужды. Возьмите раковины с берега, если в них просверлить отверстия, то вой, который они услышат, покажется им воем дракона! Вы должны погибнуть на их глазах, в пасти этого зверя — вы меня понимаете?
Стопарь понимающе ухмыльнулся. Работа закипела. Женщины сшивали все имеющиеся шкуры в один большой ковер. Бен заготавливал жерди, мастеря какую-то сложную конструкцию — по его замыслу, зверь должен поворачивать головой и передвигать передние лапы. Зная, насколько изобретателен наш инженер, я только стиснул тверже губы — испугаться бандиты должны до смерти! Того, что случилось перед домом убитого кузнеца, мне не забыть до конца моих дней… И, кому-то, придется за это ответить!
Ната, как самая искусная художница, из отдельной шкуры рисовала морду, наделяя ее такими безобразными чертами, что от одного ее вида становилось не по себе, а фантазия у нее была бурная! В шкуру вшили два куска кварца — вместо глаз. На солнце они так ярко сверкали неестественно белым и мертвенным цветом, что, на расстоянии в пятьдесят шагов, любой, не знающий, кого он видит перед собой, впал бы в оторопь… Заранее подготовили несколько смоляных факелов, для того, чтобы имитировать дыхание зверя!
Ульдэ ушла в тот же день. Мы с Совой — на следующий. Времени у нас оставалось совсем мало, и я хотел успеть к тому моменту, как Сыч вынесет приговор еще одной девушке.
— Зачем им надо насиловать их, Дар? Зачем, так? Ведь в долине на самом деле, множество молодых женщин… Пусть, все они в прошлом закоренелые бандиты и подонки, но сейчас, получив свободу — зачем вести себя так, как в прошлом? Женщин так много, ведь нашлись бы и такие, кто добровольно связал свою судьбу с уголовниками? — Элина сжимала руки и смотрела мне в лицо. Она спрашивала, возможно, и не ожидая ответа. Но, вместо меня, вмешалась Ната:
— Они мечтали об этом годами. Они готовились к этому годами. Помнишь, я рассказывала тебе про не человека? И про тех, кого видела я со своего острова? Мы много думали с Даром, как они могли появиться на свет. Я не знаю точного ответа на этот вопрос. Но, мне кажется, так… Если зверь жил в душе — он завладел и телом. Этим, просто повезло, они просидели все это время в шахте и не попали под излучение. Или, что там, что превратило все в то, что мы видим. Но зверь, сидящий в каждом из них, все-таки вырвался на свободу. И теперь этот зверь требует крови и насилия. Им неинтересно просто спать с женщиной — им надо ее унизить. Избить. Искалечить. Среди них — только синие… Блатные. Статьи у всех, поголовно, расстрельные. Там просто нет нормальных людей. Их надо уничтожать! Всех, до единого!
Бандиты опасались вольных охотников — мы поняли это, как только обнаружили вражеский караул. Трое уголовников обходили поселок по периметру, не рискуя, впрочем, углубляться в прерии слишком далеко.
— Мой брат может начать охоту!
— Убьем этих — спугнем остальных. Нет, Сова. Охоту начнем… но позже. Сейчас надо найти врача!
Дока мы выследили глубокой ночью. Сова бесшумно, змеей, вполз в его землянку, почти на виду у карауливших возле костра, бандитов! Через пару минут Док, сгибаясь и прихрамывая, вышел наружу, словно по нужде, и приблизился к пристани, где прежде все жители поселка ловили рыбу. Было очень тихо, на пристани — ни души. Времена изменились, и теперь, едва темнело, как все, быстро смотав снасти, расходились по своим норам. Шумно оставалось только возле нескольких, свежевырытых по приказу Сыча, землянок. В них размещались его люди, там же складировали отобранные припасы. Док подошел к воде и остановился, озираясь по сторонам. Я выжидал. Он остановился у самой воды и тихонько позвал:
— Дар…
— Подойди к кустам.
Он подчинился. Я положил ему руку на плечо.
— Не оборачивайся.
Док замер, виновато опустил голову. Я следил за землянкой — Сова, столь же незаметно, как и до этого, прополз за спинами бандитов и, вскоре, присоединился к нам.
— Ты меня убьешь…
Док произнес это глухо и уверенно, так, что его вопрос не требовал ответа…
— Сова мог сделать это внутри землянки… От семьи Бородача осталась только одна дочь. Девушка должна быть в поселке. Ты знаешь, где она?
— Они собирались отвести ее в Клан. Потом Сыч передумал. Она в его хижине. Сыч говорил, что завтра, если ты не появишься, устроит всему поселку кровавую расправу…
