Тот нахмурился и пристальным взглядом стал следить за происходящим. Я с упоением, едва сдерживая смех, смотрел, как вдалеке, чудовищная туша монстра, яростно накинулась на Бугая и Стопаря. Те, делая вид, что отбиваются из последних сил, припадали то на одну, то на другую ногу, безвольно опускали кровоточащие ранами руки. Салли, тоже участвующая в представлении, театрально взмахнула руками и упала навзничь — вроде как, сбитая с ног. Я и не думал, что у этих гигантов, отца и сына, такой актерский талант — все выглядело очень правдоподобно. Бен тоже постарался. Жерди, приводимые в действие его умелыми руками, создавали полную иллюзию того, что чудовище разрывает людей в куски. Крики «погибающих», слышались даже отсюда!
Белая Сова проскользнул в траве и спокойно улегся на землю возле меня. Он негромко произнес:
— Они — поверят всему! Но индеец бы не ушел, не узнав, с кем имеет дело! Ты хорошо все придумал, мой брат. Для Сыча — мы погибли. Что станем делать теперь? Несколько синих ушло в сторону Пустоши. Если поспешим — те, кто ушли западными тропами, не успеют скрыться в зарослях.
— Я заметил, что банда разваливается… Что думаешь?
— Нужно узнать, есть ли здесь достаточно припасов? После появления зверя, большая часть уголовников не захочет оставаться, и Сычу придется принять решение покинуть поселок. Бугай и Стопарь бросили куски от туши на дороге. Бандиты обязательно наткнутся на мясо и порванные шкуры, после чего Сыч потеряет еще несколько человек.
— Мясо отравлено?
— Да. Маленький Ветерок сама все сделала — ее сердце не знает пощады…
— Она лучше прочих знает, с кем имеет дело. И… имеет на это право. Но и я не собираюсь их больше щадить! Пока Сыч занят — наведаемся в поселок.
Я уже решил, что преследовать, ушедших в Клан бандитов, станем попозже — мы с Совой догоним их без проблем, так как передвигаемся налегке и не обременены продовольствием. Их продвижение замедляли пленницы — кроме Лады, зэки ушедшего Беса уволокли еще двух девушек. Мы незаметно проползли с Совой в землянку Дока. Сделать это оказалось несложно, так как Сыч, после появления монстра, выгнал почти всех жителей из поселка — он, во что бы то ни стало, хотел уничтожить зверюгу! Но монстр пропал в зарослях, и мы были абсолютно уверены, что поиски ни к чему не приведут. Ну, а самых настойчивых, из бандитов, потом придется искать самих — об этом позаботиться Ульдэ…
Док встретил нас, еле сдерживая улыбку на лице — настрого предупрежденный, он являлся единственным, из жителей селения, кто посвящен во все детали предстоящей операции.
— Ну и голова! — он восхищенно посмотрел на нас и предложил сесть подальше от входа. — Это же надо — придумать такое? Теперь Сыч будет думать, что вы все погибли, а если и появятся сомнения — чтобы проверить, ему придется отправлять людей к реке! Только, кто туда сейчас пойдет? Они все так напуганы — никто из поселка и носа не покажет, разве, что всей толпой осмелятся! Правда, когда страх пройдет, все начнется по новой. Банда, все равно, будет требовать еду, и женщин…
— Да. Их много — мы не можем сражаться с ними, в открытую. Но в долине столько храбрых мужчин, которые уже прошли испытание смертью… Док, вы ходите по всем становищам — что говорят люди?
— В нашем поселке теперь заправляет монах. Да, не удивляйся. Он организует сбор продовольствия и указывает на молодых женщин. Святоша укрепился. К нему стали прислушиваться, как ни странно, даже больше, чем до прихода банды. Может, еще и потому, что он находит слова для утешения, когда вокруг слезы и кровь. А другие… Они просто ждут. И ты знаешь, как Сыч сумел всех прижать. Уйду я отсюда!
Сова посмотрел в сторону выход. Док прикрыл полог из переплетенных веток и сухой травы.
— Мне и угостить вас нечем…
— Не надо. У нас все есть, — я достал из мешка провизию. — Ешь.
— Сыч посадил всех на голодный паек, — он отвел глаза от лепешки и сглотнул.
Сова сухо сказал:
— Он отбирает вашу еду, а вы терпите… Почему? Разве ты не мужчина?
— Я не такой, как ты или Дар. Сыч мог меня уже несколько раз убить, и любого другого, тоже. Что может такой старик, как я?
Сова неприязненно произнес:
— Ты — мужчина. Возраст, не всегда — помеха. Мне не меньше лет, чем тебе. Но я способен натянуть тетиву лука и метнуть нож — а ты?
— Он лечит, — я спокойно вступился за Дока. — Он врач. Это стоит даже самого лучшего охотника. Нас, пока еще, хватает, а Док — один.
— Ваш Святоша брызжет пеной изо рта, когда начинает упоминать о том, как мы спим со своими женами. Но он, почему-то, молчит, когда видит, как насилуют беззащитных дочерей убитого Бородача! — Сова не унимался….
— Не ищи логики, мой брат, — я отпил из глиняного, коряво слепленного кувшина. — Святоша — трус. Но он ядовит, почти так же, как и Сыч. Только у последнего укусы больнее и страшнее, потому что он не умеет прикидываться овцой. Наш враг — банда. Забудь о монахе, пока…
— Он предатель!
Док сжался и опустил голову. Я угрюмо бросил в ответ на реплику индейца:
