— Иду! — он высунулся из землянки, но, после этого, круто повернулся назад.
— Ты имеешь право мне не верить… Или, верить. Мне уже все равно. Я видел, что они делают с людьми. Я не воин и ненавижу насилие! Но я буду помогать вам, чтобы его остановить…
Сова проследил за ним, а затем спросил:
— Почему они пришли именно к нам? Разве в горах мало места для людей? Или там, за перевалом?
— Ты сам говорил — через хребет нет дороги! Но, если бы и была… Откуда нам знать, насколько жесток и суров тот мир, что за горами? Мы надеемся на лучшее, а там может оказаться гораздо хуже, чем здесь. Нет, они пришли не из-за гор. Я говорил с одним, когда мы с Черепом и Ульдэ покинули тебя… Извини, до сих пор не сподобился тебе все рассказать. Они строили, что-то секретное, как раз под горой. Что именно — он и сам не знал. После землетрясения, те, кто выжил, пробили штольню из шахты вручную — и, на наше несчастье, именно в этом направлении, в долину. Мне кажется, именно одну из их групп разведчиков мы встретили с Натой, когда спасали Элину.
— Тогда мой брат зря тревожился о беглеце. Сыч бы знал много больше, сумей, кто-либо, убежать от твоих стрел.
— Или клыков Угара…
— Да, твой пес мог бы нам здорово пригодиться сейчас.
Я умолк. В памяти возник свирепо защищающийся от пленения щенок, а потом — наши совместные путешествия…
— Их Клан находится к юго-востоку от скалистого озера. Сыч не мог долго скитаться по Предгорью. И ущелье, из которого они смогли выбраться, тоже где-то поблизости. Тогда нам просто повезло… Но про другие группы я ничего не знаю!
— Мой брат никогда не задавал себе вопрос? Мог ли Угар спастись?
— Спастись? Нет… Он упал на камни, что лежали возле реки, а потом его смыло. Ты не видел всего — а я смотрел через край пропасти.
— Знаю. Дина мне говорила… Тот медведь разбился о скалу, и остался там. Но она тоже смотрела вниз — и не видела Угара!
— Он мог упасть и в воду, минуя скалу…
— После Ореховой лощины, Серпантинка делится надвое. Один рукав петляет среди скал и вливается в Синюю реку. А второй — уходит под камни. Но из них нет выхода — вода уходит в скалы и исчезает.
— К чему ты?
— Индеец не знает ответа… Вся ли вода, с ледников, попадает в Синюю реку?
Я посмотрел на Сову, и покачал головой:
— Думаешь, он мог уцелеть? Упав, с такой высоты?
— Ты не видел трупа…
Луна уже вовсю светила в ночном небе, когда мы с Совой, пригнувшись, незаметно выскользнули из землянки. Сова нисколько не сомневался, что найдет следы отряда Беса, ушедшего в горы и уведшего с собой девушек. Они покинули поселок где-то во второй половине дня, опередив нас на несколько часов, и могли успеть отойти на значительное расстояние, но у них не имелось той ярости, которая вела меня и индейца по следу! Мы не шли, мы гнались!
Нам повезло. Бандиты не ушли далеко. Страх ли перед неведомым зверем, или, мешавшие им передвигаться пленницы, но они устроили лагерь почти в самом начале Коридора, на выходе из зарослей колючего и высокого кустарника. «Коридором» жители долины называли узкий проход между скалистым озером и желтыми песками, тянущимися вдоль всего Каньона смерти. Далее он переходил в Пустошь, к южной оконечности которой, примыкали соляные озера. Именно там мы едва не погибли в схватке с гигантской сколопендрой. Зэки использовали эту дорогу, как самую короткую для походов в свой Клан и обратно. По ней чуть ли не каждую неделю ходили своеобразные караваны — сами уголовники, носильщики, из числа закабаленных мужчин ближайших селений, и женщины. Последние — та самая дань, от которой у любого из жителей долины волосы вставали дыбом… Отказаться они не могли — Сыч правил безжалостно. Девушки, выбранные вожаками и предназначенные для Клана, должны были повиноваться и идти без сопротивлений — иначе в их селениях кто-то мог поплатиться головой…
Мы уже знали — слухи о жестокости банды, не признающей никаких ограничений, так напугали людей прерий, что, даже случайно брошенное слово, говорящее о свободе, могло привести к гибели неосторожного… Да, к сожалению, так и было — что бы не попасть под удар самим, многие предпочитали предавать других. И сейчас, преследуя одну из шаек, ни я, ни Сова не рассчитывали на помощь извне.
…Они расположились на ночлег на лужайке, ярко освещенной лунным светом, разложив посередине костер. Здесь имелось несколько землянок — по-видимому, бандиты, не особо чтящие дальние переходы, и не раз ходившие именно этой дорогой, давно подготовили пункты для отдыха и ночевки.
— Мой брат! Они напрасно выбрали стоянку возле Коридора! — Сова произнес это торжествующим тоном. Глаза индейца сверкнули зловеще — кое-кто этой ночью может не проснуться…
— Да, Сова. Пример тех четверых ничему их не научил.
Сова склонил голову в знак согласия — он знал о нашем походе за солью и уже рассказал мне, как добывать ее в гораздо более безопасное время. Нужно только дождаться дождя — монстры-насекомые прятались от воды по своим норам, и не выходили из них ни под каким видом.
