Я тепло улыбнулась Ниару, и на душе вдруг стало легко и спокойно. Его черные глаза смотрели на меня так, словно ждали приговора, и я уверенно сказала:
— Я тоже хочу, чтобы ты стал моим самым настоящим другом, Найт.
Он кивнул и улыбнулся, а затем спросил:
— Тогда ты позволишь нам помочь?
Я тут же нахмурилась. Они ведь не отстанут… Но и подставить их я не могу.
— Найт, этот человек очень опасен, — пробормотала я. — А еще он очень богат. Не лезьте в это.
— Если к нам присоединится L, мы выиграем не смотря ни на что, — убежденно сказал Ривер.
— Ты не понимаешь! — возмутилась я, вскакивая. — Этот человек опасен! У него в распоряжении толпы шизиков, готовых пришибить ради него кого угодно! Не лезьте в это, я не хочу вас терять! Они все… они все мертвы, они вернутся в мир Мейфу, а ты, Найт! Ты жив! Ты можешь вернуться в свой мир и…
— И стать предателем? — вдруг раздался голос Дживаса из коридора. Они с Мэлло стояли у порога кухни и хмурились, а Дживас еще и дымил как паровоз.
— Да почему сразу… — начала было я, но была нагло перебита этой полосатой пакостью.
— Потому что оставить друга в беде ради собственного счастья — это и есть самое настоящее предательство.
Я внимательно посмотрела ему в глаза и спросила:
— В этом дело, да? Не предавать, не оставлять одного до самого конца? Что бы ни случилось, всегда быть рядом и поддерживать?
— В точку, — усмехнулся он.
Мы говорили не о дружбе в принципе и не о Ривере в частности. Мы говорили о том, почему он не отговорил Мэлло от захвата Такады. Он был его другом. Михаэль был единственным человеком, который был важен геймеру. И Майл просто хотел поддерживать его во всем. А еще он знал, что, не захвати они Такаду, Михаэль не смог бы достичь своей цели, а потому сознательно пошел на смерть. Ради друга. Ради того, чтобы его мечта сбылась. Ведь собственная жизнь для Майла давно уже ничего не значила…
Я подошла к нему и посмотрела в глаза за желтыми стеклами, а затем спросила:
— Ради кого ты хочешь ввязаться в бой сейчас, Майл?
Если он ответит «ради друга», я откажусь. И пошлю его далеко и надолго, потому что он не должен второй раз умереть из-за Михаэля и его желаний.
— Ради друга, — усмехнулся Дживас, но не дал мне и рта открыть, добавив: — Ради тебя.
Чего? Это у меня обострение галлюциноза в связи с отказом от галоперидола? Шиза подкралась незаметно, энцефалограф ее не выявил? У меня крыша протекает, а шифер на склад не завезли, как и рубероид? Что происходит?!
Поймав мой ошалелый взгляд, Майл беззвучно рассмеялся и заявил:
— Ты вспомни, что сказала на площади, и поймешь. Я тоже понял, что мы друзья, именно тогда.
Я удивленно на него воззрилась и покрутила пальцем у виска.
— Ты меня тогда готов прибить был, — снисходительно сказала я. — Или у тебя амнезия?
— Да нет, — хмыкнул он. — Просто у нас недопонимание возникло. Я тогда растерялся, не более. А прибить тебя у меня никогда желания не появлялось.
Я растеряно посмотрела на молчаливого Кэля, а тот усмехнулся и кивнул, заявив:
— Подтверждаю. А еще подтверждаю, что когда он вернулся ко мне на площади…
— Михаэль, — нахмурился Дживас, но боссу мафии было пофиг, и он продолжил:
— Он сказал: «Она и правда наш друг. А мы с тобой два слепых идиота». Собственно, Майл, идиотом был ты — я давно ее в друзья записал, — Дживас возвел глаза к потолку, игравшему роль неба, и пожал плечами, а Мэлло обратился ко мне: — Я знаю, тебе с ним проще общаться — он спокойнее. Расскажи ему все. Мы поможем. Я согласен работать с L и… даже с Ватой, — он поморщился, но все же выдавил это. — Так что мы справимся. Поверь в нас.
Я нахмурилась и закусила губу, а затем кивнула. И тут дверь спальни распахнулась, оттуда выползли L с Бейондом. Юля тут же подорвалась и кинулась к своему маньяку. Как же я за нее рада… Наконец-то она сможет улыбаться от всей души!
— Что случилось? — нахмурился Бёздей, а Грелля, ничего не поясняя, потащила его домой. Может, хоть они в это не полезут? Бёздей — человек адекватный, помогать тем, кто ему не близок, не склонный…
Я тут же достала мобильный и набрала подруге смс следующего содержания: «Не вмешивай ВВ! Вы заслуживаете счастья!» Ответ мне не пришел, а Майл, усмехнувшись вопросил:
— Ты и правда думаешь, что она не попросит его помощи? Сомневаюсь, что Бёздей согласится, но не попросить она не сможет.
Я застонала и шандарахнулась лбом о дверь ванны. Эх, жизнь моя жестянка, да ну ее в болото!
— Пойдем, — сказал Майл и потащил меня в спальню. — Не стоит вышибать лбом двери: они нам еще пригодятся…
====== 27) «История ошибок» или «Игра началась» ======
Когда мы с Дживасом заползли в мою спальню, он захлопнул дверь, упал на койко-место, которое не собиралось в принципе (о да, диван у меня всегда был разложен и только накрывался пледом, ибо я ленива до безобразия), и, похлопав по матрасу рядом с собой, заявил:
— Вещай, я слушаю.
Я фыркнула, упала рядом с геймером, забралась на диван с ногами и умостырилась полусидя-полулежа у спинки. Подтянув колени к груди, я спросила:
— И с чего начать?
