"Губернское присутствiе нашло необходимымъ объяснить мировому учрежденiй въ особенности посредниковъ създу: 1) что безпрестанные разборы жалобъ, хотя бы и неосновательныхъ, составляютъ непремнную обязанность всхъ мировыхъ посредниковъ (ст. 23 и 24 пол. объ учр. по крестьян. дл.) и что неосновательность жалобъ происходитъ большею частiю отъ новости правъ, дарованныхъ крестьянамъ, ими съ должной ясностью еще не сознанныхъ; 2) что разъясненiе этихъ правъ съ должнымъ снисхожденiемъ къ неразвитости и неграмотности бывшихъ крпостныхъ, къ непониманiю ими и незнанiю принятыхъ границъ приличiя, всего скоре можетъ вразумить жалующихся, изъ коихъ, какъ гг. посредники должны были удостовриться на опыт, большая часть руководится промышляющими писаньемъ просьбъ и жалобъ; 3) что по сил 323 ст. улож. о наказ., за неосновательность жалобы взысканiя не полагается; 4) что въ тхъ случаяхъ, когда въ просьбахъ или жалобахъ содержится клевета на помщика, гг. посредники должны внушать просителямъ, что они подвергаются наказанiю по 2095 ст. улож., но въ тоже время гг. посредники должны имть въ виду, что подобныя дла, согласно примч. къ 2102 ст. улож. о наказ., начинаются неиначе какъ по жалобамъ самихъ оскорбленныхъ или ихъ супруговъ, родителей и опекуновъ, что
Кажется и ясно, и законно, и разумно? Но представьте, что мировой създъ на эти доводы прислалъ длиннйшее отверженiе, говоря, что онъ преслдуетъ не непониманье, а злоумышленную ложь, клевету, и затмъ рисуетъ страшную картину зла, происходящаго отъ безнаказанности этой клеветы… Хорошо; да вдь сказано, что на клевету есть законный судъ. Такъ нтъ! хочется непремнно самимъ посчь, и посчь усиленно. Чтожъ длать? страсть!
Губернское присутствiе, выслушавъ объясненiе създа, нашлось. Оно постановило: "объясненiе это… прiобщить къ длу." Покойся, милый прахъ!..
При этомъ случа намъ хотлось бы исполнить хотя отчасти желанiе одного иногороднаго кореспондента, анонимное письмо котораго передано въ редакцiю нашего журнала. Кореспондентъ выражаетъ искреннйшую скорбь о существованiи у насъ тлесныхъ наказанiй и о томъ, что наша литература до сихъ поръ не обратила на этотъ предметъ достаточнаго вниманiя. "Я вполн увренъ, м. г. (говоритъ онъ, обращаясь къ одному изъ сотрудниковъ "Времени"), что вы, какъ человкъ образованный и вполн сочувствующiй всему разумному и доброму, въ теплыхъ и краснорчивыхъ словахъ выскажете всю несообразность, чтобъ не сказать дикость тлесныхъ наказанiй… Прошу васъ приступить къ длу какъ можно скоре; вы поймете мою просьбу, если я вамъ скажу, что поводомъ къ этому письму послужило именно то, что многiе, которыхъ съ психологической точки зрнiя нельзя даже назвать преступниками, подвергаются именно теперь этому роду наказанiя."
Вполн раздляемъ скорбь нашего добраго кореспондента, но спшимъ напомнить ему, что на предметъ, о которомъ онъ говоритъ, давно обращено вниманiе нетолько литературою, но и самимъ правительствомъ, какъ это извстно изъ нкоторыхъ недавнихъ постановленiй, постепенно тлесныя наказанiя ограничивающихъ. Затмъ — для извстно-просвщенныхъ нашихъ современниковъ никакихъ теплыхъ и краснорчивыхъ словъ по этому предмету уже ненужно; чтоже касается до лицъ, еще готовыхъ раздлить мннiе гг. членовъ уфимскаго мирового създа, то… хотя Плюшкинъ и утверждалъ, что "душеспасительнымъ словомъ хоть кого проймешь", но Чичиковъ тутъ же подумалъ: "ну, тебя я думаю не проймешь!.." Будемте ждать, когда духъ времени воздйствуетъ и на сердца, наимене покорныя его влiянiю.
