Они встали, и Кайл обнял Джейн за плечи. Он сказал, что хорошо оказаться
– Повтори то, что ты только что сказала.
– Я сказала, чтобы ты шел спать.
– Нет. О ее кровотечении. Ты не знаешь, это было последствие родов?
– Нет, это случилось после…
Джейн сразу пожалела о том, что начала говорить.
– После чего?
– …
– Джейн!
– Если Корин тебе ничего не сказала, я не могу говорить с тобой об этом.
– Это он с ней сделал?
Сестра развернулась. Кайл удержал ее за руку.
– Джейн!
Он внимательно посмотрел в глаза сестры.
– Возможно, остались фрагменты плаценты. Или…
Кайл побледнел. Он понял,
– Только не говори мне, что, помимо всего прочего, он еще ее и…
Произнести вслух остальное Кайл не смог. Он только что осознал, какой была
– Мне следовало его убить. Мне следовало его убить на той парковке!
– Нет, – сказала Джейн со всей твердостью, на которую была способна. – Нужно, чтобы он как можно дольше оставался за решеткой. Вот
О, Кайл знал, что его сестра права. Но он не мог перестать думать о Корин. Как она держалась? О какое количество веток она ободрала пальцы? Звала ли она когда-нибудь на помощь? Почему не он встретил ее, семнадцатилетнюю? Как уснуть после этого?
Всю ночь Кайл просил Мигрень обрушиться на него. Поглотить его мучения. Его желание убить. Он снова видел, как тонкие и легкие руки матери касаются белых и черных клавиш фортепьяно. Однажды он спросил ее, какие ей нравятся больше. Мать рассмеялась и ответила, что бывают хорошие дни, а бывают не очень хорошие. Иногда становится грустно…
– …а иногда бабочка садится на подоконник, и можно играть легкую музыку. Ради таких дней и нужно жить, Кайл.
Он был мал и считал, что мама говорит странно. Лучше бы она ответила, что она волшебница и может извлекать ноты. Он был готов на что угодно, только бы мама не грустила.
В ту ночь ему хотелось, чтобы она оказалась рядом, а он бы спросил у нее, что делать. Но все же в глубине души он отлично понимал, что всегда был одинок. Даже когда его мать была еще жива.
«Жизнь…» – подумал Кайл, когда первые проблески зари просочились сквозь занавески в его комнате. Будильник показывал восемь часов. Встать с кровати он не мог. Усталость, эмоции и разница во времени наконец погрузили его в сон.
«Жизнь…» – снова сказал он себе, проснувшись, как от толчка. Звонил его мобильный. Кайл не сумел достаточно быстро достать телефон из кармана джинсов, валявшихся на полу. А вот Пэтси хватило времени, чтобы оставить не одно сообщение, а два. Она заедет за ним завтра в районе пяти, чтобы…
– …встретиться с Майком Билсом у Стива в Лос-Анджелесе. Самолет в девятнадцать ноль-ноль. Возвращение в Лондон 29-го. Концерт 31-го. Новые даты европейских концертов. Каникулы закончены.
Конец первого сообщения. «Какая невероятная пропасть между Корин и мной и какое невыносимое сходство». Снова зазвучал голос Пэтси, сообщая, что футболист Карлос Мерина, идол ее юности, позавтракает с ними через два дня.
– Не знаю, что мне надеть… Но, полагаю, ты едва ли поможешь мне с этим.
И заканчивалось сообщение так:
– Все еще нет точного ответа относительно нашего «вопроса». Если я за тобой заеду, то только потому, что мы не хотим терять из-за тебя время, если ты не явишься. У тебя нет выбора, Кайл. Что бы сейчас ни происходило у Джейн.
Что бы сейчас ни происходило у Джейн. Нет, не только у Кайла была интуиция. Он ответил эсэмэской: «ОК». И забыл добавить: «Счастливого Рождества». Он побрился, принял душ, надел белую рубашку и с влажными волосами поднялся в главный зал.
Войдя в зал, Кайл сразу нашел глазами Корин, сидевшую вместе с детьми на прежнем месте в конце стола. На ней был белый джемпер с высоким воротом. Кайл последовал совету Джейн и устроился на
– Вам тоже! – И подумал о том, что надо отправить эсэмэску Пэтси. Но он этого не сделал, а принялся поглощать все то, что ему клали на тарелку, и участвовал в разговорах. Он благоразумно дождался окончания трапезы, чтобы найти повод поговорить с Корин. Чтобы побыть с ней рядом хотя бы еще мгновение. Чтобы почувствовать себя… счастливым. Ведь это Рождество, верно? «На сколько таких, как этот, моментов в жизни человек имеет право?»
Корин с ребенком на руках встала, ни разу не посмотрев на Кайла. Он украдкой проследил за ней глазами. Джейн положила руку ему на рукав.
– Свари нам, пожалуйста, кофе. Я всем сказала, что ты в этом деле король. И кстати, Малколм, раз уж ты оказался поблизости, помоги Кайлу на кухне!
– Ну и как поживает твоя рука? – спросил Кайл, закрывая дверь за Малколмом.
