Наши судьбы сплелись полностью

В этот день, 25 декабря, прислонившись к холодной стене коридора, Корин велела себе не думать об ужасе ситуации, чтобы разглядеть тот самый момент, когда жизнь дала ей возможность существовать по-другому. Сила, появившаяся в ней, не поддавалась пониманию. Корин не знала, осталась ли еще в ней эта сила или она просуществовала в ней всего лишь мгновение. Даже если будущее вызывало у нее панику, даже если суд и развод станут для нее испытаниями, тяжести которых она не могла представить, даже если ей придется всегда молчать о своем прошлом, никогда больше Корин не согласилась бы жить под ударами и властью Джека. Любого Джека. Отныне она была свободна. Как ветер среди деревьев. Свободна… думать и жить. Свободна хранить Кайла в своем сердце. А что еще ей оставалось делать? Ведь была Пэтси. У Кайла своя жизнь… И в этой жизни они будут думать друг о друге. Часто. Возможно, слишком часто. Это было желаемое будущее. И Корин открыла глаза. Она услышала голос Кайла, говорившего с детьми, и несколько нот.

Корин решительно развернулась и встала в проеме двери, чтобы справиться со страхом. «Со всеми моими страхами». И она посмотрела на его руки, которые никогда никого не ударят.

Кайл поднял голову, глянул в ее сторону, и, уже в который раз за день, их взгляды встретились. Ни он, ни она не улыбнулись. Корин первой отвела глаза и исчезла в полутьме коридора. Она пошла в свою комнату, где спал ее ребенок.

Кайл попросил маленькую девочку с веснушками и красным обручем в волосах повторить вопрос. Он ответил ей мелодией, потом встал. Кайл переходил из комнаты в комнату. Смотрел на детей, на женщин. Он подумал о том, что только благодаря матери и его собственному прошлому он смог почувствовать то, что происходит с Корин. И если он влюбился в нее, то только потому, что Корин – это Корин. Он ни разу не влюблялся ни в одну из женщин, прошедших через «Дом». Хотя, честно говоря, Кайлу было наплевать на все эти теории и на весь этот анализ. Значение имело только то, что он чувствовал и вкладывал в музыку. Важно было прожить это. То, что стало его профессией. И какой профессией! Как обойтись без этого?

Это было невозможно и для него, и для Пэтси, и для Джета со Стивом… Они познали такой же успех, хотя у них не было такого прошлого. Никто из них не обнаруживал свою мать мертвой. В пять лет. Убитой отцом-мерзавцем. У Пэтси была любящая и понимающая мать. Джет и Стив родились в здоровых семьях, их любили, когда они росли. Чтобы преуспеть, они никогда ни против чего не боролись. Чтобы преуспеть, у них были талант и удача. Они работали без устали, чтобы жить тем, что они любили. «Я никогда не смогу прекратить все это. Никогда…»

Разумеется, все это обдумываешь на расстоянии. На расстоянии испытываешь тревогу. Рассуждаешь вдалеке от другого. В своем маленьком личном мире вопросов. Это одновременно иллюзорно и бесполезно, потому что стоило только расстоянию растаять быстрее снега на земле Сан-Франциско, и Кайл протянул руку, чтобы поймать руку Корин.

– Посмотри, – сказал он, увлекая ее к окну библиотеки. Там больше никого не было, все смотрели увлекательный фильм.

Корин взяла телефон, который ей протягивал Кайл, и увидела свое фото с Кристой на руках. Но себя она не видела, видела только синяки и бесформенные соломенные волосы.

– Я выгляжу ужасно.

– Ты потрясающе выглядишь.

Он показал ей несколько снимков, сделанных без ее ведома, тайком. Она удивилась. Кайл остановился на фото, на котором Корин была в профиль и смотрела, как играют ее дети.

– На этом фото ты такая… настоящая.

– Ты хочешь сказать, такая же, как ты в музыке?

Как и тогда с березой, ему понравилось, что она сказала это таким голосом. Спокойным и уверенным. Кайл был взволнован тем, что Корин смотрит прямо ему в глаза. Он был поражен, когда она попросила его переслать ей эти фотографии.

– Я сомневаюсь в том, что смогу забрать снимки, оставшиеся в компьютере Джека.

– Идем.

Кайл выглянул в коридор, а потом за руку повел Корин в кабинет Джейн. Они шагали быстро. Время бежало быстро… Им обоим казалось, что им по семнадцать лет и впереди целая жизнь. Но их судьба была уже решена, и никому еще не удалось повернуть время вспять.

Кайл запер дверь на ключ, уселся перед компьютером и включил его. Корин повернулась к двум картинам на стене. Это были яркие абстрактные полотна.

– Работа одного из сыновей Дэна.

– Он талантлив.

– Я тоже так считаю.

– Сколько тебе лет на этом снимке? – спросила Корин, указывая пальцем.

– Десять. Джейн думала, что я стану пианистом-виртуозом.

– И ты им стал.

Кайл едва не выронил свой мобильный телефон. Корин улыбнулась и добавила, что тогда у него была другая стрижка.

– Меня стригла сестра, больше я ей этого не позволяю.