Еще одна фотография висела на стене: Джейн на фоне «Дома». Было ясно, что ее снимали в тот день, когда она получила ключи от него. Корин узнала охранника Дика на заднем плане. Он был намного стройнее, и скрещенные руки не лежали на животе. В выражении лица Джейн было что-то похожее на надежду. И был сам «Дом». С тех пор фасад перекрасили, дверь превратилась из зеленой в бордовую, деревья тоже изменились, но от здания уже исходило умиротворение. Как будто «Дом» нашел хорошего хозяина. Как будто вместе им будет под силу это дело. Как будто связь, соединяющая вещи, места, людей, была реальной. Этот снимок был воплощением Надежды, и Корин почувствовала его именно так.
Кайл признался, что и сам принимал участие в покрасочных работах. Стив, Джет и он сам потратили на это целое лето.
– Коридор и часть вестибюля – это мое творение, но готов согласиться, что к музыке у меня больше способностей.
Он придвинул стул к себе, и Корин села, держа в руке «радионяню». Кайл по одной выводил фотографии на экран. «Кликнул» на последнюю. Ту, на которой Корин смотрела, как Малколм и Дейзи смешат Кристу.
– Это моя любимая, – сказал он и добавил, не раздумывая: – Когда ты позвонишь, на экране появится этот снимок.
– У меня больше нет телефона.
– Когда-нибудь он у тебя будет.
– Я не позвоню тебе, Кайл.
Кайл молчал пару секунд.
– Я это знаю. Но
Она не моргнула и повторила, что не позвонит никогда.
– …Пожалуйста, распечатай эти фотографии.
Корин улыбалась. Но ей хотелось убедить его – и убедиться самой, – что Надежда позволяет не любые безумства. Ей хотелось, чтобы то чудесное, что существовало между ним и ею, оставалось силой. Она хотела только лучшего. «Ничего, кроме лучшего». Кайл ответил на ее улыбку. Благоразумно. Но его манипуляции с компьютером не дали никакого результата. Принтер отказался сотрудничать.
– Я не понимаю, – сказал Кайл после нескольких бесплодных попыток.
Он выключил компьютер и принтер, опустился на четвереньки, отключил и то и другое от сети, опять включил в сеть, запустил компьютер снова. И тут выяснилось, что…
– …эта чертова железка теперь отказывается читать мою карту, а я, разумеется, не догадался сохранить твои фото на компьютере.
Кайл извинился. Корин засмеялась. Он поклялся, что у него все получится. Он начал все сначала, этап за этапом, попутно объясняя, что в идеале, если бы он перенес снимки, чего ему не удавалось сделать теперь, достаточно было… В «радионяне» раздался плач Кристы. Корин умчалась к дочери, а Кайл остался сидеть на полу. Ошарашенный.
«Никогда».
Проклятые фотографии остались только в его мобильном, а Кайл все никак не мог понять, почему. Хотя он считал логичным и нормальным, что они останутся в
– Проклятье! – выругался он вслух. Он был упрямым и настойчивым. Артистичным и точным. Потому что артист всегда точен, особенно когда у него что-то не получается.
Он начал все сначала, потом еще раз. Это повторялось так долго, что он забыл о времени обеда. И как обычно, за ним пришла Джейн.
– Я думала, ты погружен в свою музыку.
– Эти фотографии не скачиваются!
– Какие фотографии?
– Те, которые я обещал отдать Корин.
Кайл сунул мобильный под нос сестре. Сначала Джейн ничего не сказала. Потом заметила, что фотографии удачные, но они причинят ему боль, если он сохранит их. И будет смотреть слишком часто. Кайл ответил, что это его проблема.
– А если Пэтси их увидит?
– Этого не случится.
Джейн покачала головой.
– Иди, поешь, чтобы немного поправиться.
Кайл не отреагировал, глядя на красное платье Джейн так, словно увидел его первый раз за день.
– Наряд подходит к случаю.
– Это подарок Дэна.
– Он приехал?
– И снова уехал. Но попозже он вернется.
– Тебе идет красный цвет.
– Я боялась стать похожей на Санта-Клауса.
– Приятная перемена после темно-синего и черного. И еще коричневого.
– У меня есть зеленый костюм и целая коллекция футболок разных цветов, но я не думаю, что сейчас подходящий момент для инвентаризации моего гардероба.
– Я все еще не купил тебе подарок, – сказал Кайл, вставая. – У меня не было времени…
– Я тоже.
Кайл обнял сестру за плечи. Они прошли по коридору, и он спросил, чего бы ей хотелось.
– Очень большую коробку бельгийского шоколада.
– Классно. Я играю в Брюсселе 6 января. Я тебе пришлю.
– Две коробки, пожалуйста.
– Договорились.
– А тебе чего хотелось бы? Ну, кроме того, что ты получить не можешь?
– Ничего. У меня все есть. Даже мигрень.
Джейн бросила на него взгляд. Кайл в ответ подмигнул.
– Догадываюсь, что ты мне солжешь, как всегда, но все же скажи, ты был у врача?
– Мне незачем врать тебе. Я бываю у врача.
– И когда ты с ним виделся?
– Не помню.
– Кайл!
– Мне тридцать лет, у меня бывают мигрени, как у миллионов людей на земле. Насколько я знаю, это их не убивает! Хоть раз в жизни, Джейн, займись своими делами, вместо того чтобы…
– Собираюсь это сделать, – с улыбкой ответила она.
Кайл присвистнул. Как мальчишка. И добавил, что это и в самом деле день подарков.
