— Пока еще не знаю. Вы же юрист, не я. Утверждение, порочащее чью-то репутацию, к примеру. Устное оскорбление… моральный ущерб. Да что угодно! Теперь у меня есть деньги, чтобы судиться. Если они попытаются облить меня грязью, что ж… мне нечего терять.
Аманде вдруг почему-то захотелось снова посмотреть на картину. Что-то не давало ей покоя. В том, каким образом были расположены прорехи от ножа, было нечто странное, что приковывало ее взгляд, — это чем-то напоминало гротескные фигуры каких-то фантастических животных, которые порой чудятся нам в скоплении облаков. Но сцена, разыгрывавшаяся сейчас у нее на глазах, завораживала ее. Гретхен, та Гретхен, которую она, оказывается, совсем не знала, такая беззащитная на первый взгляд и тем не менее настроенная настолько решительно и так превосходно владеющая собой, невольно вызывала ее уважение. Да и сам предмет их нынешнего спора не мог не интересовать ее.
— Вы встречаетесь с отцом вашего будущего ребенка? — напрямик спросил Оливер.
— Вас это, кстати, тоже не касается, — отрезала Гретхен.
— Возможно, мне удастся заставить их замолчать, если я назову им имя этого человека.
Гретхен слегка покачала головой.
Оливер догадался, что разговор окончен.
— Ладно, забудьте о Дэвиде с Аланом, — уже значительно мягче сказал он. — В общем-то, вы правы, конечно, это не касается никого, кроме вас. И меня — поскольку я был поверенным Бена и он назначил меня своим душеприказчиком. Может, вам что-нибудь нужно?
— Нет, — так же решительно отрезала Гретхен, но чуткое ухо Аманды уловило, как дрогнул ее голос. — У меня все в порядке.
Адвокат какое-то время вглядывался в ее лицо, словно ощупывая его взглядом, потом решил оставить и эту тему.
— Хорошо, тогда дайте мне знать, если вам вдруг что-нибудь понадобится. Деньги, например. Я могу получить в трастовом фонде любую сумму, которая вам будет нужна.
— У меня все в порядке, — вздернув подбородок, упрямо повторила Гретхен.
Обиженно поджав губы, так что рот его стал похож на щель в копилке, юрист молча кивнул и двинулся к двери. Но на полпути как будто вспомнил о картинах. Обернувшись, он пару минут внимательно разглядывал те изуродованные полотна, которые висели в гостиной.
— Может, найти для вас частного детектива? — предложил он. — Он бы выяснил, кто это сделал.
— Нет.
— Хотите, я поговорю с полицией?
— В этом нет никакой нужды. Они — в отличие от Дэвида — меня не подозревают.
— Я тоже, — торопливо сказал Оливер. — Просто подумал, что мужская помощь вам не помешает.
— У нее она уже есть. — Аманда решила, что пришла пора вмешаться. — Мой муж знаком с офицерами, которые приезжали на вызов. Он проследит, чтобы это дело не было положено в долгий ящик.
Лицо у Оливера стало растерянное, как у ребенка, у которого отняли конфетку.
— Что ж, тогда ладно. Но если Гретхен что-то понадобится, пусть без стеснения обращается ко мне. Ее наследство всегда к ее услугам.
Он еще не успел закрыть за собой дверь, как Гретхен, булькая от возмущения, словно перекипевший чайник, повернулась к Аманде:
— Нет, вы слышали?! «Ее наследство всегда к ее услугам»! Чертов лицемер! Как бы не так! Оно к услугам сыновей Бена! А этот… этот… потащит меня в суд, стоит мне только протянуть руку к их проклятому фонду! — Возмущенно фыркнув, она отвернулась к окну, выразительно погрозила кому-то кулаком, потом снова повернулась к Аманде. — Бен говорил, что на Оливера, мол, можно положиться. Ха! Черта с два! Хамелеон проклятый! Волк в овечьей шкуре! Позвонить ему! Как же — я еще не сошла с ума!
Гретхен и до этого была бледной, но тут вдруг лицо ее разом помертвело. Она судорожно дернулась, схватилась рукой за живот и глубоко, со всхлипом, втянула в себя воздух.
Аманда, которая за последние несколько лет практически постоянно думала о беременности, моментально догадалась, что ей нехорошо.
— Что такое? — всполошилась она.
Гретхен, рухнув на диван, откинулась на подушки и блаженно вытянула ноги. Потом стала дышать, как учат беременных: глубокий вдох — и такой же выдох, вдох — выдох.
— В чем дело? — волновалась Аманда.
— Дыхательные упражнения по методике Брэкстона-Хикса, — выдохнула Гретхен. — Врачи твердят, что это помогает. Вот так… уже легче.
— Вы уверены? Может, я могу чем-то помочь? Принести вам воды? Или что-то еще?
— Нет, спасибо. Вы и так уже здорово мне помогли. — Гретхен с кряхтеньем сползла с дивана и заковыляла на кухню.
Аманда растерялась — может, ей просто ненавязчиво дают понять, что в ее услугах больше не нуждаются? Ее охватило то же странное чувство… скрытая враждебность, которую она всегда ощущала в присутствии Гретхен, сгустилась настолько, что ее, казалось, можно было потрогать. Но, поразмыслив, она взяла себя в руки. В конце концов, почему именно враждебность? Может быть, просто неловкость, которую испытываешь в присутствии малознакомого человека. Или привычная сдержанность. Бог свидетель, учитывая настороженность, с которой все встретили появление Гретхен, у бедняжки были все основания вести себя сдержанно.
