— Очень даже большая, — усмехнулась женщина. — Например, если это сделали вы, то страховку вы не получите.
— Если я… что?!
— Если вы сами их изрезали…
Гретхен отшатнулась, словно ее ударили:
— Вы соображаете, что говорите?! С чего бы мне уничтожать картину, которая мне так нравилась?!
— Ну, откуда мне знать, что вы могли и чего не могли.
— Я любила эту картину. Это был самый лучший подарок из всех, которые мне сделал муж. Я бы ни за что этого не сделала! Меня до сих пор мутит, когда я на нее смотрю.
— Простите, но мы всего лишь пытаемся оценить размер нанесенного ущерба.
Гретхен внезапно почувствовала, что ее захлестывает ярость.
— Думаю, вам лучше уйти.
— Извините, но это необходимо сделать. Если уйдем мы, придет кто-то другой. Это наша работа. Иначе вы не получите страховку.
— Думаю, вам лучше уйти, — тупо повторила Гретхен, не зная, что еще сказать.
Вдруг у нее за спиной, возле дверей, кто-то негромко кашлянул.
— Простите…
Резко обернувшись на этот звук, Гретхен узнала Оливера Дидса. Застыв под аркой, адвокат неловко переминался с ноги на ногу. Дидс был средним партнером в адвокатской конторе, услугами которой пользовался Бен. Именно его Бен выбрал своим душеприказчиком. Такого же роста, как Гретхен, в строгом темном костюме с гладким, без рисунка, галстуком, он выглядел на свои сорок лет и ни на один день моложе. Его уже почти совсем белые волосы были аккуратно зачесаны назад, и только одна непослушная прядь все время упрямо свешивалась на лоб. Мертвенно-бледное лицо придавало ему измученный вид — как будто он с ночи до утра просиживал за работой, а глаза были печальные, как у старого спаниеля. Покрасневшие, слегка припухшие веки и опущенные уголки рта придавали его лицу какое-то похоронное выражение. Улыбка делала его лицо почти красивым, только вот улыбался он редко.
Однако как раз сейчас Дидс улыбался.
— Какие-то проблемы? — прошелестел он.
— Да, — недовольно рявкнула Гретхен, поскольку он, как-никак, представлял и ее интересы. — Эти люди говорят, что они из страховой компании, но я никуда не звонила. Попросите их уйти.
И тут женщина, похоже, узнала его.
— Мистер Дидс, — уверенно начала она, — мы тут пытались объяснить миссис Танненволд, что это обычная процедура…
Но Гретхен уже не смотрела на нее. Взгляд ее остановился на мужчине с фотоаппаратом.
— Последний раз вы сфотографировали не мою картину! — вспыхнула она, подозрительно глядя на него.
— Я просто хотел снять то место, где она висела, — объяснил он.
— Так. Хватит с меня ваших снимков. Я прошу вас немедленно уйти. — Гретхен обернулась и бросила на адвоката умоляющий взгляд.
— Может быть, я проведу их по дому? — робко предложил он.
— Нет. Это мой дом. И я не желаю, чтобы по нему бродил кто-то, кроме меня. Кроме того, они уже видели и даже сфотографировали картины. Полиция составила протокол. По-моему, для страховой компании этого вполне достаточно. А теперь прошу вас удалиться — всех! — Выпрямившись во весь рост, Гретхен обвела всю троицу взглядом. Потом повелительно махнула рукой в сторону двери. И тогда она вдруг заметила Аманду, которая как раз свернула к дому.
Трясясь от злости, Гретхен кубарем слетела с лестницы, выскочила из дома и бросилась через дорогу.
Аманда едва успела выбраться из машины, как к ней подлетела Гретхен. У нее был такой сердитый и взъерошенный вид, что Аманда даже перепугалась поначалу — почему-то ей пришло в голову, что это как-то связано с Грэхемом. Но знакомого грузовичка под навесом не было. А возле дома Гретхен стояли какие-то три незнакомые машины. Стало быть, дело в другом.
— Я их не звала, — заикаясь от возмущения, принялась объяснять Гретхен. Теперь, когда она перестала тщательно следить за собой, в ее речи ясно чувствовался простонародный говор. — Зачем они явились? По-моему, они не имеют никакого права быть тут!
— Кто? — Аманда все еще ничего не понимала.
— Эти люди из страховой компании. И еще адвокат Бена. Я велела им уйти, но они как будто не слышат!
При мысли о том, что все это никак не связано с ее мужем, у Аманды с души словно камень упал. Пристыдив себя за то, что посмела даже подумать об этом, она решительно двинулась к дому Гретхен.
— Пойдемте, — кинула она через плечо.
В школе по-прежнему творилось черт знает что: родители то и дело звонили узнать, как себя чувствуют их дети после самоубийства Квинна, учителя приставали с вопросами, требуя совета, как вести себя с подростками, чье поведение продолжало внушать тревогу, и, что самое неприятное, Джорди почему-то не явился к ней для очередного разговора «по душам». Это расстроило Аманду больше всего. Но сейчас, шагая к дому Гретхен, она снова почувствовала, что и от нее может быть польза.
С каждым шагом, приближавшим ее к дому, уверенность все крепла, а к тому времени, как они были возле крыльца, Аманда поняла, что ей удалось заразить ею и Гретхен. Все-таки женщины — это страшная сила, с усмешкой подумала она. Особенно когда их две.
