Нет ничего хуже неизвестности. Я провела в тренировочных отсеках более трех часов, пытаясь сбежать от мыслей о том, что будет, когда нам с Андреем придется вновь посмотреть друг другу в глаза. Даже проиграла в голове с десяток вариантов его возможных реакций, подобрав ответ к каждой из них, и лишь один исход пугал меня так, что холодело внутри, – равнодушие.
– Мария?
Нейк Брей стоял прямо за стеклом тренировочного отсека, внимательно наблюдая за моим поединком с операционкой. Кажется, я не видела его с момента погружения в симуляцию. Признаться, за все время пребывания на базе я в принципе не часто с ним сталкивалась даже в его собственном доме: Алик был прав – он приходил туда разве что переночевать.
Дав сигнал машине о приостановке спарринга, я повернулась к Нейку. Слышать свое имя из его уст было по-прежнему странным – обычно мужчина предпочитал меня не замечать. Не удивлюсь, если иногда он и вовсе забывал о моем существовании.
– У вас неплохо получается, – заметил Брей, слегка кивнув в сторону операционки. – Я про боковой захват.
– У вас тоже.
Мужчина вопросительно вскинул брови.
– Я про светские беседы, – пояснила я, покраснев.
Идиотская шутка. Алик прав, мне стоит лучше следить за языком. Нейк Брей усмехнулся.
– У нас не было возможности пообщаться ранее, – начал он. – А у меня – поблагодарить вас за запуск «Стрельца А». Вы совершили настоящий прорыв.
– В большей степени это заслуга Рейнира. Вся работа основана на его исследованиях и расчетах, я лишь исправила пару неточностей.
Нейк Брей кивнул.
– В свое время мне пришлось достаточно близко общаться с господином Триведди. Вы знали, что он не только сконструировал большинство наших баз, но и разработал план моего освобождения с Тэроса?
– Отчасти, – уклончиво ответила я.
– Рейнир – умнейший человек своего времени, для меня было честью работать с ним. Он обладал множеством талантов, но лично я больше всего ценил в нем осознанность и самодостаточность. Рейнир был верен себе до самого конца. Он всегда очень хорошо понимал, что ему нужно. Немногие могут похвастаться тем же. Вот вы, например, Мария, что скажете? В чем ваша миссия?
Скрестив руки за спиной, Нейк Брей посмотрел на меня с искренним интересом.
– Мне она не нужна. Я всего лишь рядовой геолог.
– Мы все всего лишь люди. И нам всем что-то да нужно. Цель придает жизни смысл.
Стеклянные двери разъехались, и мужчина прошел внутрь. Заправив за ухо выбившуюся прядь, я интуитивно сделала пару шагов назад.
– И что нужно вам?
– Равновесие, – не задумываясь отозвался Брей, – только в нем и есть смысл всего этого. – Он окинул жестом помещение. – Все, что я делаю, я делаю ради того, чтобы не допустить однополярного мира. Сохранить баланс.
Сжав губы в тонкую полоску, я поспешила отвести взгляд. Нейк Брей точно не являлся тем человеком, с кем я была вправе говорить начистоту.
– Ну же, – небрежно махнул рукой герцог, – скажите, что думаете. Я не начал бы этот разговор, если бы не собирался услышать ваше мнение.
– Значит, вот ради чего должен умереть Кристиан Диспенсер – ради равновесия?
– Умереть? – На лице мужчины читалось искреннее изумление. – Смерть мальчика, как и других членов его семьи, никогда не была моей целью.
– Но Александр Диспенсер… – неуверенно начала я.
– Александр был моим ближайшим другом, – прервал Брей. – А Кристиана и Эмилию я любил не меньше собственной дочери. Да, у Кристиана есть младшая сестра, если вы вдруг не знали, – поспешил пояснить он.
– Я не понимаю…
Вздохнув, Нейк Брей нахмурился и медленно прошелся до другого конца тренировочного отсека.
– Когда полтора века назад Константин Диспенсер развязал войну, территория Кристанской империи была вдвое меньше нынешней. Тем не менее даже с такими ресурсами, ополчившись против всего мира, молодой император умудрился на десятки лет потопить галактику в крови. – Повернувшись в мою сторону, Брей бросил хмурый взгляд в сторону операционки, что так и замерла посреди зала по моему приказу.
Слегка дернув головой в сторону, я дала знак операционке оставить помещение.
– Сегодня территория Кристании занимает почти треть всех освоенных земель в галактике, – продолжил герцог, – а еще треть – ее ближайшие союзники. Это политическая монополия. – Остановившись, он поднял на меня тяжелый взгляд. – Равновесие нарушено, Мария. Если Кристиан Диспенсер однажды вздумает пойти по стопам своего кровавого предка, мир больше не выстоит. И в этой войне победителей уже не будет.
– Но если свергнуть Диспенсеров… – неуверенно продолжила я.
– Равновесие будет также нарушено, – заключил он, кивнув. – Только в другую сторону. Именно поэтому цель восстания – не развал Кристанской империи, а восстановление баланса сил.
– Зачем вы мне все это говорите?
Вздохнув, Нейк Брей грустно усмехнулся:
