«Метров на двести уже углубились, не везде, конечно. Да и пни выкорчевывать еще по весне», — пронеслось у меня в голове, пока мы ехали.
— Стой, — прокричал я, приподняв руку, когда до конюшни осталось метров тридцать и начал осматриваться более внимательно. Возле конюшни было все затоптано следами, которые заваливал снег с каждой минутой. Недалеко от конюшни были видны десятка два или три коней. Которые разбежались по округе, но их я пока оставил без внимания, успеем их еще поймать.
Сама конюшня была огромна, метров сто длиной и двадцать шириной, ворота же, которые располагались на торце, были сорваны и валялись на земле.
— Петли на ворота накинули и сорвали, — медленно произнес дед, и я кивнул.
— Поехали, поглядим чего там и как, — выдал я. — Олег, Поздей, Прокоп, Елисей, Василий, Агапка и Микита со мной, остальным ждать, — распорядился я и, спрыгнув с седла, передал поводья Черныша тут же подъехавшему ко мне Федотко.
Я шел и крутил головой, осматриваясь, подойдя к проему ворот, заглянул внутрь конюшни, оттуда пахло навозом, конями и кровью. Запах крови отчетливо выделялся, я его чувствовал.
На самой границе света и темноты я разглядел первое тело, оно было утыкано стрелами, да еще и порублено, ни пояса, ни сабли я не увидел.
Зайдя в конюшню, шел медленно, всматриваясь, глаза постепенно начали привыкать ко мраку.
Рядом с первым телом обнаружилось второе, а там и третье.
— Сначала из луков стреляли, а после и саблями рубили, — мрачно произнес Агапка.
— Вот только даже и не видно, что они биться пытались, — заметил Елисей.
— А ты не туда смотришь, на руки посмотри и на одежку. Были у них сабли, после сняли пояса, да и забрали сабли. Вон у того, видишь, оглобля рядом лежит, ею и махал, — указал Поздей на последнее тело.
— О, точно, — выдал Елисей и почесал затылок.
— Это Оничка, а это Филка, послужильцами моими были, — холодно произнес я. — Третий, видать, конюх из местных.
Внутри была тяжесть из-за того, это мои люди, я делил с ними хлеб и жил бок о бок, а пришла какая-то мразь, увела моих коней и убила людей.
Тяжко вздохнув, я подошел сначала к Оничку и, нагнувшись, попытался найти пульс, которого, естественно, не было. Этого можно было и не делать, но для собственного успокоения я решил проверить.
— Спи спокойно, — и движением руки я закрыл его глаза и перешел к Филке.
Его лицо было полностью залито кровью, а на голове виднелся след от удара сабли, да и три стрелы торчало из его тела.
Положив руку на его шею без всякой надежды, я с удивлением почувствовал пульс.
«Неужто почудилось?» — пронеслось в голове, но я вновь прислушался. Я чувствовал едва ощутимый пульс.
— Живой! Он живой, — тут же выдал я.
— Да быть того не может. Андрей Володимирович, ты уверен? — тут же донеслось от Прокопа и Микиты.
— Уверен, — кивнул я и тут же перешел к телу конюха, но тот был мертв.
— Двоих сюда живо, — крикнул я, и через пару мгновений в конюшне появились Савка и Вишка.
— Он еще жив! Соорудите чего и с осторожностью в город его, там травницу кликните, пусть им займётся. Даст бог выживет Филка, — перекрестился я и направился на выход.
— Фома, Ивашка, — нашел я их взглядом. — Соберите разбежавшихся коней да обиходьте. — Тела убитых в палаты мои перенесите, и пусть мой духовник готовит их к погребению!
— Исполним, княже, — тут же донеслось от моих лошадников.
— Дельно они все сделали, ежели мы не сразу заметили, то могли бы уйти, — неожиданно раздался рядом со мной голос дяди Поздея, и я на него покосился.
— Кхм, под самое утро напали, когда еще не рассвело, да и момент подгадали, вон как снег идет. Следы бы замело, а там свернули на какую дорогу, и не найти. Да еще часть коней выгнали, пока изловили бы, время и ушло. К тому же, думается, ведали они, что сторожей здесь немного, — поделился со мной дядя мыслями. — Может, из города им кто чего рассказал, — добавил он в конце.
— Думаешь, нагоним? — поинтересовался я.
— Нагоним. Ты не сумлевайся, — ответил мне уже дед. — Времени немного прошло, а они коней гонят.
— То славно будет, — оскалился я. — По коням вперед, — и, запрыгнув в седло Черныша, я направил его на дорогу на Тверь, где еще вполне виднелись следы табуна.
— Сколько их было, конокрадов-то этих? — задал я вопрос вслух, ни к кому не обращаясь, но достаточно громко, чтобы меня многие услышали.
— Тринадцать, — тут же донеслось откуда-то сзади. — Мы посмотрели, князь.
— Вот что ты мелешь? Дурья твоя башка! Пятнадцать их было, двое отдельно стояли и не приближались, а после со всеми и ушли, — расслышал я возмущенный голос Алешки, одного из московских жильцов.
— Сдюжим, только бы нагнать, — громко сказал я, когда мы свернули на дорогу. — Н-но. — и я сжал бока Черныша, добавляя ему резвости.
Глава 10
Два часа неспешной скачки по дороге, а снег как валил, так и валит. Приходилось внимательно следить за следами, которые заметало снегом, и проверять все дороги и большие тропы, уходящие в стороны с большой дороги.
— Нагоним уже скоро, — выдал скачущий чуть в стороне Агапка.
— Ну да, следы четче стали, — с одобрением протянул дядька Поздей.
