Парадная зала представляла собой помещение довольно внушительных размеров с высоким потолком и чудесными витражами на окнах. Под деревянными сводами красовалось бесчисленное количество оленьих рогов, которые служили доказательством великолепного умения короля охотиться, а стены украшали большие гобелены с изображениями рыцарских подвигов, военных баталий и прочих сцен, будораживших умы знатных мужей и навевающих скуку на придворных дам. В самом центре залы занял своё почётное место огромный стол, ломившийся от обилия деликатесов, серебряных и золотых кубков и тарелок. Во главе стола уже восседал сам король в окружении оруженосцев. Король не был старым, но отрастил такую огромную бороду, что она скрывала добрую часть его лица и понять, сколько ему лет, представлялось совершенно невозможным. Если бы не живой и несколько озорной взгляд, то короля можно было бы принять за древнего восточного мудреца. При виде своих дочерей он поднялся с широкого резного кресла, деревянная спинка которого повторяла очертания его замка, и радостно воскликнул: «Милые мои принцессы!» Сёстры поспешили обнять отца, после чего он произнёс: «Словно солнце вы освещаете этот пир! С каждым днём вы становитесь всё краше! Итак, Фелисия, садись по правую руку от меня, а ты, Гуннхильда, – по левую». Желание короля было исполнено, и пир начался.
Гости начали прибывать один за другим. Каждый преподносил королю подарок, стараясь удивить редкостью или стоимостью предмета. Король Гузгх, приехавший в самый разгар пира со своей многочисленной свитой, приказал слугам поставить перед столом огромный сундук, украшенный драгоценными камнями. Король с нетерпением крикнул: «Ну же, открывайте!» Крышку сундука подняли, но поначалу ничего не происходило. Все, словно заворожённые, с любопытством глядели на таинственный сундук. Один слуга опасливо пнул его ногой, и на дне сундука что-то зашевелилось. Наконец показалась небольшая лысая голова с двумя жёлтыми глазами. Это была змея гигантских размеров, шириной со здоровый брус, которая осторожно начала выползать из своей темницы. Король засмеялся и одобрительно захлопал в ладоши, после чего все гости сделали то же самое. К несчастью, одна из дам едва не упала без чувств, когда змея начала приближаться к ней, так что животное пришлось загнать обратно в сундук и унести прочь.
Пир продолжался, а места с золотыми кубками, предназначенными для почётных гостей, всё ещё пустовали. Принцессы с удивлением переглядывались: их не на шутку заинтересовали герцог Тургринский и его рыцари. Слуги сменили яства уже в который раз, когда в коридоре, ведущем в залу, послышались шаги нескольких пар ног. Спустя мгновение в проёме тяжёлых дубовых дверей появились двенадцать мужчин. «Его светлость герцог Тургринский с сыном и славными воинами!» – прогремел голос церемониймейстера. Гости с любопытством устремили взгляды на новоприбывших.
– Ба! Геамунд! Сколько лет, сколько зим! – Король встал (все остальные поспешили сделать то же самое). – Уж думал я, что ты не соизволишь посетить такой пустяковый пир, как этот!
Мужчина в чёрной тунике, расшитой разноцветными узорами в виде львов, смело шагнул навстречу королю.
– Даже не надейся, дорогой мой друг! Такого знатного пира я никогда не пропущу!
Мужчины радостно обнялись, и король, обратившись к присутствующим, весело произнёс:
– Гости, а вот и наш почётный гость, герцог Тургринский, знаменитый воин и мой старый друг! С ним также прибыл его единственный сын Аслав, подающий большие надежды в рыцарском деле.
Все мужчины с интересом и восхищением разглядывали герцога: его тёмные кудрявые волосы уже начали покрываться серебристой сединой, а в уголках глаз виднелись морщины. Тем не менее свои широкие плечи он держал так прямо, что казалось, будто к спине у него была привязана палка, не дававшая ему согнуться. Он посмотрел на всех гордым взглядом, заставив зевак смущённо опустить в пол свои любопытные взоры, и, наконец, обратил внимание на дочерей короля.
– А это что за прелестные создания? – спросил он низким хриплым голосом, кивнув на принцесс.
Король представил их друг другу и пригласил гостей занять свои почётные места. Слуги сразу же наполнили их золотые кубки, и пир продолжился. Пока мужская часть гостей изучала герцога Тургринского, дамы, в свою очередь, не спускали глаз с его сына, Аслава. Высокий и худощавый юноша нисколько не был похож на своего отца. Его длинные золотистые волосы (которые по красоте могли поспорить с изящными локонами Фелисии) и грустный взгляд тотчас покорили всех дам без исключения. Он, как и отец, был одет в чёрную тунику, богато расшитую золотыми нитями, в которых загадочно отражалось мерцание сотен свечей.
