— Или они спонтанные жертвы, — не согласился с ним Рустам. Еще вчера мялся и стеснялся, на любое действие разрешения спрашивал у майора, а сегодня держится уверенно, проявляет инициативу. Поверил в себя парень наконец. — Гамлет нападал, не в силах сдерживаться. Поэтому торопился, портачил. И, как следствие, упускал жертв, они шли в полицию, он пугался и опять залегал на дно. Думаю, снотворным он запасся на тот случай, если опять не справится.
— Но Офелия его тоже на сто процентов не устраивала, — впервые за то время, что велось совещание, заговорил Борисов. До этого он пил воду и, казалось, не вникал в суть, но это впечатление оказалось ошибочным. — Я материалы просмотрел и узнал, что последнюю жертву загримировали. На лице следы тонального крема и пудры. С другими Гамлет так не поступал. Значит, не нравилась ему смуглость девушки. Остальные светлокожими были, с тонкими чертами. А Офелия грубой внешности. Если бы не имя, он бы на нее внимания не обратил… — Борисов вытащил из пакета, что стоял у его ног, еще одну бутылку минералки. — А если бы не жажда убийства, поискал бы другую, более подходящую.
— Что-то ее разбудило, — проговорил подполковник. — Так написано в отчете психиатра. Между прочим, кандидата наук.
— Я это и без специального образования понял, — пробурчал дядя Толя.
— Никто не умаляет твоих заслуг. И хорошо, что мы можем сравнить мнения. На данный момент наши эксперты сходятся в главном: Гамлет считает себя если не спасителем, то избавителем от страданий, позора, деградации. И не оскверняет жертв, а омывает их, будто проводит обряд очищения. Он делает их красивыми и невинными.
— Все правильно, — закивал головой Ермак. — Аленка-Фря была известной в городе шалавой.
— Выбирай выражения! — рявкнул на него подполковник.
— Извините, — ответил Ермак и обратился при этом к Зорину: — Но она именно такую репутацию заслужила. Ее Гамлет задушил сразу после жесткого секса. Нагую и прекрасную. Лада подверглась групповому изнасилованию и не знала, как с этим жить. За нее все решил тот, кто примерил на себя роль избавителя. Подружки-сектантки тоже себя запятнали. В столь юном возрасте отдались взрослому дядьке и планировали делать это вновь и вновь. Ну а с Офелией вообще все ясно — она проститутка и сама бы точно не прекратила этим заниматься.
— Кстати, сутенера ее не нашли? — обратился Макарян к Рустаму.
— Она одна работала последние месяцы. С ней клиенты напрямую связывались. Список отрабатываем.
Они совещались еще час. А когда закончили, Миша отправился в свой кабинет, чтобы переобуться. Не чувствовал он себя в своей тарелке, когда парадную обувь носил. Лучше бутсы. Их Зорин принес на службу в прошлом году, когда планировался товарищеский футбольный матч с командой МЧС, но начались лесные пожары, и всем стало не до игр. Однако их не отменили, а перенесли, но на неопределенный срок, и бутсы так и остались в шкафу.
Не успел Миша достать их, как услышал стук. Не в дверь, а в окно. Подошел к нему, выглянул.
— Выйди, покурим, — сказал ему парень с такой кудрявой головой, что на первый взгляд казалось, на нем папаха. Звали его Романом, и работал он криминалистом.
— Я ж не курю.
— Тогда поболтаем.
— Заходи ко мне.
— Я-то курю, — и помахал ему зажженной сигаретой.
— Здесь, между прочим, нельзя. Чуть ли не под знаком встал.
— Ты же меня не арестуешь за это? — хмыкнул Роман. Он выглядел на двадцать пять, хотя уже разменял четвертый десяток. Смеясь, говорил, что на него так хорошо холод морга действует.
Вернув бутсы в шкаф, Зорин вышел из здания. Криминалист уже докуривал первую сигарету, но вторая у него была за ухом.
— Как продвигается следствие? — светским тоном спросил он. — Есть подвижки?
— Рабочих версий много, — туманно ответил Миша.
— А подозреваемых?
— Можешь в этом чем-то помочь? Не просто же так меня для разговора вызвал?
— Не в этом. Но помочь могу. — Роман выпустил дым изо рта и из носа, не подумав отвернуться, чем вызвал возмущение Зорина. — Ладно, не бухти, больше так не буду. — Он даже отошел на шаг, чтобы не делать из майора пассивного курильщика. — Заключения пока нет, но неофициально я тебе могу заявить следующее: у нас есть ДНК убийцы.
— Вот это новость! — возопил Зорин.
— Радоваться рано. В базах МВД преступник не значится, мы пробивали.
— Ермак будет разочарован. Он был уверен, что Гамлет делал такие перерывы между убийствами, потому что сидел.
— Почему не спросишь, откуда взялся биоматериал?
— Спрашиваю.
— На шее покойной была заноза. Совсем небольшая. Убийца, обхватив шею девушки, задел ее, но не заметил. Был слишком увлечен удушением. Но заноза его уколола. И теперь у нас есть группа крови (четвертая положительная) и цепочка его ДНК. Как только появится подозреваемый, тычь его иголкой, вырывай волос, подбирай салфетку, которой он вытирал рот, и тащи мне, я проверю.
— Это незаконно! — нахмурился Зорин.
— А мы никому об этом не скажем.
— Считай, я этого не слышал.
— Просто имей в виду, — пожал плечами Роман и взялся за вторую сигарету.
