"Гермиона!" — подумал он, и имя поскакало солнечным зайчиком, высверкивая мелодию, слышную только ему. И эта мелодия была удивительно похожа на песню феникса, только тихую и нежную. Гарри повернул голову и посмотрел на лежащую рядом Гермиону. Она крепко спала, с улыбкой на приоткрытых губах, щеки розовели, одна рука покоилась на его плече, другая — сжимала расстёгнутую пижамку — других подробностей ему не удалось разглядеть без очков, и это обстоятельство вызывало досаду… Гарри осторожно убрал её руку со своего плеча и придвинулся ближе.
Гермиона мгновенно распахнула глаза и увидела его внимательный нежный взгляд, — он любовался ею. Девушка улыбнулась, зажмурившись, — внутри всё звенело и пело: какое удивительно чудо — проснуться рядом с тем, кто дороже всех на свете. Гарри продолжал смотреть на неё. Она позволила себе немного понежиться и потянуться, — Гарри не сводил с неё глаз. Гермиона смотрела в зелёную мерцающую глубину, наслаждаясь тем, что видела там. Ещё раз, поймав себя на мысли, что он смотрится старше без очков, она потянулась и нежно поцеловала, — он радостно откликнулся, и они оба выпали из времени, не осознавая его ход. Для них сейчас всё было внове — нежные утренние поцелуи, одна подушка на двоих и одно одеяло, воспоминания об удивительной ночи, рассечённой напополам неожиданным страхом… — всё, что составляло теперь их самую глубокую, самую страшную и самую счастливую тайну.
— С добрым утром, — прошептала Гермиона. Гарри смутился и заёрзал:
— Ты не могла бы найти мои очки — хочется на тебя посмотреть…
— Вот держи, — она нацепила указанный предмет ему на нос.
— Ура! Мир обрёл ясность, — улыбнулся Гарри.
— И как он — твой мир? Больше не будет рушиться? — Гермиона посерьёзнела.
— В моём мире ничего не изменилось! — отчеканил он, и вдруг широко улыбнулся: — Хотя — нет! Изменилось… — их губы снова встретились.
— Ох, Гарри! — проговорила она, когда смогла вздохнуть. — Ты бы видел себя вчера, когда стоял у меня на пороге! Я не могла тебя прогнать… подумала, если отпущу тебя — случится непоправимое.
— Ну, я всё же не такой дурак… — его рука нежно погладила её щеку, и из-под длинных ресниц сверкнул быстрый веселый взгляд, — но я был так счастлив остаться…
— О! — Гермиона посмотрела на часы и провозгласила трагическим тоном. — Гарри! Мы проспали завтрак! Он уже начался.
— Это ужасное известие! — подхватил юноша. — И что же нам теперь делать? Есть хочется…
— Ага! И ещё, не видя нас, точнее тебя, на завтраке, учителя могут забеспокоиться и послать Рона на поиски, — рассудительность Гермионы не покидала её. — Наверное, нам не стоит испытывать его впечатлительность…
— Как быть? — вопросил Гарри.
— Возьмём фрукты и пойдём в библиотеку. Пока все завтракают в Большом Зале, мы сможем прошмыгнуть не замеченными, — предложила девушка
— В библиотеку? — в голосе Гарри не чувствовалось энтузиазма.
— Ладно! — Гермиона вдруг порывисто вскочила с кровати, запахивая пижамку. — У меня есть предложение получше! — она широким взмахом отдёрнула шторы
— Какое?
— Ты только посмотри в окно!
— А что там? — Гарри слез с кровати, завернувшись в халат. — Да! — он восхищённо смотрел на яркое солнце, переливающийся радугой снег и прозрачную голубизну неба. — Как красиво!
— Последний день каникул решил подарить нам прекрасную погоду, — Гермиона тряхнула волосами. — Давай проведём его вместе.
— Согласен… — прошептал Гарри, обнимая её и вновь находя губы… Время опять выкинуло странную штуку, испарив куда-то полчаса.
— Одевайся, пока солнце не убежало за тучи, — Гермиона, наконец, оттолкнула его, но тут же удержала за руку, — буду тебя ждать!
— Пара минут! — Гарри подхватил свою одежду и выглянул за дверь, — всё было тихо, школьники завтракали.
Путь оставался свободен. Он выскочил в боковой коридорчик, соединявший комнаты старост с остальными спальнями, и быстро добежал до комнаты мальчиков шестого курса. На его счастье, она оказалась пуста. Кровать Гарри была аккуратно застелена, так и простояв пустой всю ночь. Юноша раскрыл свой чемодан в поисках тёплой одежды для прогулки. Тут он увидел Торнадо, ненависть на секунду заполнила сердце, но тут же отступила, оставив неприятный холодок. Гарри вытащил из чемодана старую мантию и завернул в неё метлу, — сейчас он не хотел ни малейшего напоминания о Снейпе, — прошёл через комнату к старому шкафу, где они обычно хранили всякую ерунду, раскрыв дверцы, положил метлу на самую верхнюю полку и задвинул для верности старой крысиной клеткой.
"Пусть пока постоит там", — решил он и вытащил из чемодана зелёный джемпер и тёплую мантию. С порога оглянулся на старую добрую Молнию, какая-то мысль заставила улыбнуться — и, схватив метлу за древко, Гарри вышел, хлопнув дверью. Гермиона стояла на ступеньках, прижимая к груди объёмистый сверток с пирожками, и ехидно улыбалась:
— Я думала — девушки одеваются дольше! А выходит — наоборот.
— Не мог найти свитер, — пожал плечами Гарри.
— А метла зачем?
— Решил покатать тебя.
— Но… — девушке явно эта мысль не показалась интересной.
