– Что ты говоришь, Наташа?! – в ужасе прохрипел Александр-Василий. – Мы же хотели начать все заново, с нашими детьми. Наташенька, вспомни свои слова!
– Я не хотела.
– Значит, вы хотели выйти замуж за меня, – мрачно произнес Григорий. – А потом убить законного мужа, чтобы не мешал вам наслаждаться богатством со мной? Ну и чтобы не выдал ваши грязные тайны.
– Это правда, Наташа? Ты решила предать меня ради него? – вскричал трагично Александр.
Было видно, что это осознание причинило ему физическую боль. Но лицо Натальи слово окаменело, и она отвернулась от мужа. Похоже, Григорий оказался прав.
Больше не в силах слышать все это, я быстро вышла вон из спальни. Решила поверить Анечку и немного успокоиться.
Я поспешила в соседнюю комнату и, распахнув дверь, едва не вскрикнула от ужаса.
Спальня дочери освещалась тусклой свечой.
Около детский кроватки стоял человек в светлом капюшоне и плаще и держал на руках Анечку. Малышка была радостна, размахивала ручками и что-то алюлюкала.
Обе горничные крепко спали, откинувшись на спинки кресел. Гвардеец лежал на ковре и не двигался.
Мое сердце тревожно пропустило пару ударов, прежде чем я воскликнула:
– Кто вы? Отдайте мою дочь!
Я вбежала в спальню и бросилась к незнакомцу. Он резко повернулся к мне, и капюшон спал с его головы.
– Доченька, отчего ты так кричишь? Это всего лишь я, – произнесла Мария Николаевна и ласково улыбнулась.
Я остановилась, окинув взглядом свекровь. Мне на миг показалось, что я вижу перед собой не Марию Николаевну.
Ее густые волосы были распущены по плечам и украшены диковинными цветами, лентами из травы и листьев. Лицо как будто помолодело лет на десять. Да и одета она была как-то сказочно: в прямое длинное платье из зеленого переливающегося шелка, украшенное по подолу и рукавам райскими золотистыми и синими птицами, и светло-зеленую прозрачную накидку с вплетенными в нее живыми цветами.
– Мария Николаевна! Я вас не узнала, – произнесла я уже тише, подходя к ней. – Вы так изменились.
– Наверное.
– Что с ними? – спросила я, указывая на горничных и гвардейца.
– Спят волшебным сном. Проснутся, когда я уйду.
– Понятно, – ответила я так спокойно, как будто все это было обычным делом. Но в этом мире постоянно появлялось что-то удивительное, и я уже начала к этому привыкать. – Вы так неожиданно появились. Я уже поняла, отчего в округе стало тепло и река вошла в русло. Спасибо вам.
– Он успокоился, когда я пришла к нему.
– И теперь у вас все хорошо?
– Я вышла замуж, – заявила Мария Николаевна и внимательно посмотрела на меня. – Только прошу, не осуждай меня.
– Кто я, чтобы судить вас? – улыбнулась я, видя, как Анечку заинтересовал цветок в волосах бабушки и она его настойчиво теребит ручкой. Я снова обратила взор на женщину. – За него?
– Да, – кивнула Мария Николаевна и поцеловала малышку в щечку. – Вот соскучилась по вам, пришла навестить.
– Почему же тайком?
– Не хочу, чтобы меня видели. Теперь я жена Лесного царя. И у меня другие способности и дела. Знаешь, доченька, я могу теперь парить по воздуху. Правда, невысоко, в аршине над землей. Но так быстрее перемешаться. У меня столько дел теперь, то одному помочь надо, то другому, то заяц в капкан угодит, то рыбаки вытянуть сеть из реки не могут. Я всем помогаю. Это так приятно. Силы у меня теперь волшебные есть.
– Как интересно.
– Вот оберег, – женщина показала мне амулет на своей груди. – Он мне подарил, когда духи леса нас обвенчали. Теперь я, как он, дух и человек в одном лице.
– И вас все видят?
– Нет. Могу становиться невидимой. Чтобы, когда помогаю кому, не пугать людей. А они думают, почему медведь не тронул, а в лес ушел? А это я его позвала за собой.
– Так вы, как добрый ангел, помогаете всем?
– Не всегда. Сегодня на одного охальника, который решил в олененка малого стрелять, целую ветку снега уронила. Он и промахнулся.
Я улыбнулась, видя, что новый статус и дела эти лесные свекрови по душе. Ее глаза горели ласковым огнем, а от нее самой словно шел мерцающий свет.
– Вы счастливы? – спросила я ее, наперед зная ответ.
– Да, как никогда в жизни, – тихо улыбнулась Мария Николаевна, отдавая мне дочку. – Если бы я знала, что все будет так чудесно рядом с ним, ушла бы еще в восемнадцать лет к нему. Не пойму, и чего я боялась?
– Я очень рада за вас, Мария Николаевна.
– А еще он подарил мне бессмертие.
– Неужели? Разве такое возможно? – удивилась я.
– Оказалось, да. Это его подарок на свадьбу.
Свекровь покинула мою спальню через час. Обещала хранить наши земли и усадьбу от всякого зла и природных катаклизмов. Я была благодарна ей и искренне радовалась за нее. Она все же много пережила в жизни. Терпеть столько лет рядом нелюбимых мужей – это тяжелое испытание.
На следующее утро я проснулась рано. Не спалось.
Вчерашние перипетии с вдовой и ее воскресшим супругом, который выдавал себя за денщика Василия, до сих пор тревожили мои мысли.
Ночью Наталья и Александр покинули усадьбу по приказу Григория. Шереметьев велел поручику Лазареву и его гвардейцам немедленно сопроводить душегубов до столицы. Где их ждал суд и заслуженное наказание.
