— Мне ничего не известно о ребёнке, — неохотно признал дон Патрезе. Радушия в нём изрядно поубавилось, как бывает всегда, когда расщедрившегося барина ловят на слове. — Зато я припомнил, что на
— На какую силу вы рассчитываете, чтобы держать Фомор в повиновении? — спросила Натали. — На милицию Новой Надежды?
Вместо ответа дон Патрезе поднял вверх левую руку и щёлкнул пальцами. Судя по тому, каким дряхлым он выглядел, едва ли он был способен на большее физическое усилие. Секьюрити мгновенно водрузил на столик персональную деку, будто из-за спины её вытащил. О, а вот это уже роскошь! Особенно если с ретранслятором гиперроуминга. На Нереиде… да что там, и на Зиглииде невозможно представить такую в частном владении.
Код подсмотреть не удалось. Зато в полной мере насладились ожиданием, пока в течение нескольких минут через гиперпространство по лучу передавался пакетированный сигнал, а затем с нетерпением следили, как медленно, с перебивкой, сеткой из зелёных треугольников формируется трёхмерная голограмма. Какая жалость, что нельзя придушить объёмное изображение!
«Изображение» скользнуло по гостям дона Патрезе равнодушным взглядом, явно никого не узнав. Немудрено: мы у него тоже зелёные, да к тому же не в фокусе.
— Мак, — ласково сказал хозяин. — Поговаривают, ты крысятничаешь.
— А подробнее? — прищурился пират. — Может, враги брешут?
— Может, и так, — ласково согласился дон. — А может, ты и вправду взял дорогой левый груз? Мы так не договаривались.
— Именно что не договаривались, — легко согласился МакДиармид. — На что договаривались, в том вы имеете своё. А это — мой личный фарт.
— Мак, Мак, так же нельзя! — Патрезе сложил ладони. Закон силы: ты можешь быть неправеден, но ты не можешь быть слаб. — Как ты не понимаешь… колонисты могут закрыть глаза на то, что ты продаёшь им товар без накладной. Но нигде, ни в одном мире тебе не спустят похищение детей! Мак, эти действия наносят вред имиджу предприятия.
— Патрезе… вы ханжа. Вам говорили?
Криминальный дон сокрушённо покачал головой: дескать, и с этим вот приходится работать.
— Как бы то ни было, Мак, у меня есть покупатели на твой товар.
МакДиармид вперил в пространство взгляд фасеточных глаз.
— Мамочка до вас добралась? — догадался он. — Ну вот и что бы вам десять минут назад позвонить? Отдал бы даром. Самовывозом.
— Что изменилось за десять минут? — вмешалась Натали. — Он жив? Он в порядке?
— Вы, дамочка, мне спасибо не скажете, — почти жалобно протянул МакДиармид, так что Натали разом вспомнила все нецензурные выражения, которым научила её армия. — А следовало бы. Вы хоть раз в жизни сына пороли?
— Если вы тронули его хоть пальцем…
— Ничего ему не сделалось. Но только вам я его не отдам. Начальная цена маленького мерзавца вам теперь не по карману. Мне надо покрыть убытки. Этот же, — он показал подбородком на Патрезе, — даёт грош, а обратно хочет кредитку. Видели бы вы мою посадочную платформу, мэм!
Век бы мне не видеть твоей посадочной платформы, ублюдок!
— Поверите ли, — сказал он доверительно, — я страсть не люблю тех, кто продаёт детишек. Хуже только те, кто их покупает. И уж поверьте, покупателю придётся несладко! Я с него шкуру с мясом обдеру!
— С чего ты взял, будто он её для тебя снимет? — фыркнул дон.
— А пусть только попробует откажется. — Мак приподнял верхнюю губу. — У меня на него рычаг есть. В жизни не поверите! Хорошо выглядите, мэм. Кто знает, может, ещё увидимся?
Увидимся, сукин сын. Только тогда тебе будет не до секса.
Зелёная рука потянулась отключить связь, и в этот момент, когда Натали только что зубами не скрежетала и бессильной ярости, зелёная мозаичная птица спикировала к МакДиармиду на предплечье.
— Позор-р-р-р! — услышали сидевшие за столом. — Р-р-р-разор-р-рение! Погибель!
Ну и что теперь? Беспомощность накатила, хоть плачь. Это всё, на что я была способна? Будто расстреляла весь боезапас и осталась наедине с космической ночью, полной шныряющих хищников. Невидимых, к слову сказать. И мысли в голове нет ни одной. И воли. Сделала всё, и этого оказалось недостаточно. Приложить разве руку к носу и повернуться на одной ноге, как это принято у нечисти. Вдруг поможет?
Но этим не может всё кончиться! Пытаясь нащупать хоть какую-то трещину во вражеской обороне, она обвела глазами зал.
