Почти полчаса он испытывал сейчас терпение капитана Дрора, подробно излагая детали вчерашнего происшествия. В час ночи на пульт полиции поступил вызов от случайного свидетеля, который зашёл в круглосуточную аптеку, единственную в городе, и там обнаружил два бездыханных тела – дежурной провизорши и неизвестного старика, вероятно, бездомного. У обоих было перерезано горло. Следов ограбления не было, потому что кассовый аппарат оказался открытым, но выручка осталась нетронутой. Причин нападения на этих людей неизвестным убийцей выяснить так и не удалось. На место преступления в течение десяти минут после вызова прибыл дежурный наряд полиции, который затем уже вызвал скорую помощь и оперативников из убойного отдела в составе начальника отдела лейтенанта Винтермана и полицейских Мартина и Алекса. Ронит по причине позднего времени решено было не беспокоить, а до Фаркаша так и не удалось дозвониться.
Всё это время капитан Дрор внимательно слушал доклад, делая пометки на листе бумаги. Потом, наконец, ему это надоело, и он приступил к пыткам бедного Феликса. Всё, что тот говорил до этого, было Дрору и без того прекрасно известно.
– Это всё мы знаем из сводки, – мрачно резюмировал он, – а что у нас по уликам?
Это уже было по части Мартина, который тут же и взял слово:
– У жертв – девушки-аптекарши и бездомного старика – перерезано горло одним и тем же острым и тонким ножом. Притом нападение на девушку было, вероятно, неожиданным, и она даже не сопротивлялась, а вот старик предпринимал попытки сопротивляться убийце, но тот оказался физически сильнее его. По окончании экспертизы мы узнаем тип ножа, которым были убиты жертвы… Теперь по оставленным преступником следам. Отпечатков пальцев немного, но все они совпадают. Оставлены на куртке и запястьях старика, а также на банке из-под витаминов одним и тем же человеком. Витамины из банки преступник с неизвестной целью рассыпал на полу и бросил рядом. Может быть, просто случайно задел. Экспертам уже удалось идентифицировать отпечатки, и они совпали с теми, что были оставлены на обрывках шнуров, которыми были задушены предыдущие две жертвы в университете. Это позволяет с большой долей вероятности утверждать, что действовал один и тот же серийный убийца, хотя способ умерщвления жертв сегодня оказался иной…
– С мотивами преступлений, как я догадываюсь, и в этом случае никакого просвета? – спросил Дрор, и Мартин грустно кивнул головой.
– Свидетелей и очевидцев преступления обнаружить не удалось, – продолжал он. – Хоть аптека и расположена в довольно людном месте, но в час ночи там практически никого нет, а со стороны дороги из проходящих машин трудно разглядеть, что творится внутри помещения.
– Видеокамеры?
– Внутри аптеки есть видеокамера, которая работает беспрерывно. Но, наверное, в целях экономии запись на неё практически не ведут, и она просто транслирует изображение посетителей на монитор в кабинете заведующей. Однако в ночное время этот кабинет закрыт. Иными словами, никакой полезной информации. Камера в нашем случае просто бесполезна.
– Плохо. – Дрор покачал головой и задумался. – Но преступник должен был куда-то отправиться после совершения преступления, так? Если уехал на машине, то должны быть какие-то съёмки с ближайших дорожных камер. Если ушёл по тротуару, то наверняка в магазинах и кафе по дороге тоже должны быть какие-то видеокамеры. Вы об этом подумали?
– Естественно. – Мартин махнул рукой, словно отмахивался от начальства. – Всеми камерами в округе занимался Алекс. Он и вернулся-то в управление всего два часа назад. Мы все в эту ночь не спали…
– Ой, только не дави на жалость! – скорчил плаксивую физиономию Дрор. – Все да не все. Вон, на Фаркаша посмотри…
Все присутствующие невольно перевели взгляды на меня. И тут наступил апофеоз Винтермана, который решил во имя собственной реабилитации поиграть в отца-начальника:
– Извините, господа, что вы к нему привязались? Разве не видите, что человек плохо себя чувствует? Я с ним не успел поговорить до совещания, но невооружённым глазом видно, что у него проблемы со здоровьем! Может, лучше всё-таки дать ему пару дней отдохнуть и восстановиться, а потом он вернётся бодрым и здоровым, и с удвоенной энергией…
– Ни в коем случае! – рявкнул Дрор. – У нас нет лишних людей, и нам некогда отдыхать и прохлаждаться, в то время как остальные его коллеги днями и ночами расследуют эти зверские преступления. Вы мне сперва приведите этого серийного негодяя или принесите его скальп, тогда… тогда и отдыхайте всем отделом, сколько влезет!
Он подскочил и принялся носиться по кабинету из угла в угол, а мы следили за ним взглядами и понимали, что шефу тоже приходится несладко, и с него начальство из центра спрашивает гораздо жёстче, чем он с нас.
– Алекс, доложи, что у тебя по видеокамерам. – Вид у нашего капитана был сейчас крайне беспомощный, как у льва, которого посадили в клетку, и какие-то подлые мартышки дразнят его снаружи.
Новичок Алекс степенно встал, одёрнул форменную рубашку на своём круглом животике и, откашлявшись, принялся докладывать:
