Для начала в один из вечеров я усыпила Аду, добавив ей в чай снотворное. Ночью, когда она уже крепко спала, я заставила ее вдохнуть всю кровь демона. Да, оказалось, что кровь демона не жидкость, а бордовый дымный туман. Только маги Тьмы способны справиться с одержимостью. Конечно, это далеко не та же мощь, что у Наоми, но кое-в-чем оно точно проявится.
Первый признак, который и был мне нужен, это то, что вся ее лишняя подростковая магия успокоится. А точнее, она будет постоянно поглощаться демоном. После сделанного я неделю наблюдала за ней, и действительно, Адельгейда не обратила на это внимание, но моя помощь ей с магией так и не потребовалась. Отлично. Она этот эффект наверняка спишет на то, что она просто стала старше. А для меня это было явным сигналом, что все получилось.
Потом я усыпила ее во второй раз и сделала с ней то же, что и с Наоми — порталы и Тьма будут ее лучшими друзьями. Теперь во всем мире только два таких мага Тьмы. И надеюсь, они никогда не встретятся в прямом противостоянии
А вот теперь можно было приступать и к последней части плана. Кровь демона — это ее постоянный второй шанс выжить точно так же, как оно работает и у Наоми. Так что теперь оставалось лишь убить Аду, и сделать это так, чтобы ни у кого не возникло подозрений в том, что она осталась жива, и Ада не поняла, что же произошло на самом деле. Этот день станет одним из самых сложных в моей жизни.
А день был в общем самым обычным. Самым опасным в силу своих умений был Рихард, поэтому я ждала подходящего дня, когда он заедет ко мне. Обычно он целыми днями в разъездах, но иногда, когда ему по пути, он заезжает ко мне и рассказывает последние новости. Вот и сегодня, когда я сидела за столом, читая очередную вытащенную из Библиотеки книгу о магии Изменений, он постучался в дверь. Открыла ему дверь, как и полагается, Адельгейда, однако он ее уже давно игнорировал, и потому, не сказав ей ни слова, сразу направился ко мне. Пугало то, что он почти перестал скрывать от нее информацию, это означало лишь одно — он уже тоже придумал свой план, как ее устранить. И зная этого тигра, план его будет безупречен, а все будет выглядеть, как несчастный случай.
— Каллисто! Ты все сидишь за книгами, — он энергично прошелся по комнате и остановился надо мной, заглядывая в книгу. — Иногда мне кажется, что даже если мир вдруг начнет раскалываться на куски, ты все равно проведешь это время, читая очередной научный труд.
Я ее недовольно захлопнула:
— А тебе не помешало бы проводить за ними побольше времени.
Он чмокнул меня в щеку и опустился рядом на стул за тем же столом:
— О, я изучаю все исключительно на практике. В отличие от тебя, мне приходится учиться управляться сразу со всеми школами магии. Кстати об этом, было бы неплохо, если бы ты научилась создавать для меня камушки школы Изменений. А то ведь скоро я потеряю свой источник камней. Не то чтобы сейчас он фонтанировал и одаривал меня без ограничений, но лучше, чем ничего.
Это он так аккуратно намекнул, что Андре де Фуа, Старейшина школы Изменений, скоро будет убит.
— Я работаю над этим, — ответила я и почти не соврала.
Я в самом деле встречала в Библиотеке информацию про такие камни, но они бесполезны для любого мага, поэтому их никто не изучал. Рихард оказался первым, кому они пригодились.
— У меня к тебе есть разговор, Каллисто, — он сложил подушечки пальцев вместе, оставив локти на столе, и выглядел серьезно, словно сбросил свою обычную маску, и мне это не понравилось.
— Что случилось? — напряглась я.
Рихард повел пальцами, накрывая нас куполом тишины, а затем поднялся и прошел мимо меня в середину гостиной, словно не собирался продолжать, и я проследила взглядом за ним. Там он повернулся в мою сторону и раскинул руки:
— Посмотри на нас. Посмотри на себя. Такие влиятельные. Умные. Образованные. Цвет общества и двигатели системы… — он замолчал, давая мне время осмыслить его слова, и медленно опустил руки, начав говорить тише. — И у каждого из нас есть тайна. У каждого есть маленькая болезненная точка, ахиллесова пята, которая может сломить, если по ней ударить. И я вижу эти точки, это моя работа, несомненно, приятная.
Рихард усмехнулся:
— Мне нравится осознавать, что я держу всех вокруг в своих руках.
— Ты все так же далек от сути, как и полчаса назад, когда начал болтать, — съязвила я и скрестила руки на груди. — Ближе к делу.
— У каждого из нас есть слабости, Каллисто. Но каждый член третьего круга старается свои слабости уничтожить. Взять, к примеру, Николаса. Он сделал для этого все возможное, — он замолчал, снова давая мне время обдумать.
— Допустим, — у меня не было информации, чтобы ему что-то отвечать, я все еще не понимала, к чему он ведет. — И что?
